Неточные совпадения
В то же время переправлялся через реку
отряд солдат, причем, мне помнится, солдаты плыли по двое
и по трое на маленьких квадратных плотиках, чего, кажется, при переправах войск не бывает…
С этих пор патриотическое возбуждение
и демонстрации разлились широким потоком. В городе с барабанным боем было объявлено военное положение. В один день наш переулок был занят
отрядом солдат. Ходили из дома в дом
и отбирали оружие. Не обошли
и нашу квартиру: у отца над кроватью, на ковре, висел старый турецкий пистолет
и кривая сабля. Их тоже отобрали… Это был первый обыск, при котором я присутствовал. Процедура показалась мне тяжелой
и страшной.
Они прошли
и исчезли за западной заставой, по направлению к Польше, где, как говорили, «уже лилась кровь», а в город вступали другие
отряды…
Много часов мы провели вместе в летние сумерки, на солдатской койке Афанасия, пропахшей потом, кожаной амуницией
и кислыми солдатскими щами, — пока его рота не ушла куда-то в уезд преследовать повстанские
отряды.
Первое время настроение польского общества было приподнятое
и бодрое. Говорили о победах, о каком-то Ружицком, который становится во главе волынских
отрядов, о том, что Наполеон пришлет помощь. В пансионе ученики поляки делились этими новостями, которые приносила Марыня, единственная дочь Рыхлинских. Ее большие, как у Стасика, глаза сверкали радостным одушевлением. Я тоже верил во все эти успехи поляков, но чувство, которое они во мне вызывали, было очень сложно.
При этом он с большой горечью отзывался о своем бывшем
отряде: когда он хотел отступить, они шумно требовали битвы, но когда перед завалами на лесной дороге появились мужики с косами
и казаки, его
отряд «накивал конскими хвостами», а его взяли…
Польский
отряд с помощью реестровых казаков оттеснил их на какой-то остров, окруженный рекой
и болотами.
Это был человек с очень живописной наружностью: широкоплечий, с тонкой талией, с прямым польским носом
и окладистой бородой, красиво расстилавшейся по всей груди, — он представлял, вероятно, точную копию какого-нибудь воинственного предка, водившего в бой
отряды…
«Повстанцам недостает вождей,
и человек, служивший в хоругви Холевинского, может стать во главе
отряда».
В это время подошли кони. Услышав наш выстрел, А. И. Мерзляков остановил
отряд и пришел узнать, в чем дело. Решено было для добычи меда оставить двое стрелков. Надо было сперва дать пчелам успокоиться, а затем морить их дымом и собрать мед. Если бы это не сделали мы, то все равно весь мед съел бы медведь.
И вот, когда полиция после полуночи окружила однажды дом для облавы и заняла входы, в это время возвращавшиеся с ночной добычи «иваны» заметили неладное, собрались в
отряды и ждали в засаде. Когда полиция начала врываться в дом, они, вооруженные, бросились сзади на полицию, и началась свалка. Полиция, ворвавшаяся в дом, встретила сопротивление портяночников изнутри и налет «Иванов» снаружи. Она позорно бежала, избитая и израненная, и надолго забыла о новой облаве.
Кама была открыта, и Казань в опасности. Брант наскоро послал в пригород Осу майора Скрыпицына с гарнизонным
отрядом и с вооруженными крестьянами, а сам писал князю Щербатову, требуя немедленной помощи. Щербатов понадеялся на Обернибесова и Дуве, которые должны были помочь майору Скрыпицыну в случае опасности, и не сделал никаких новых распоряжений.
Рассказал мне Николин, как в самом начале выбирали пластунов-охотников: выстроили
отряд и вызвали желающих умирать, таких, кому жизнь не дорога, всех готовых идти на верную смерть, да еще предупредили, что ни один охотник-пластун родины своей не увидит. Много их перебили за войну, а все-таки охотники находились. Зато житье у них привольное, одеты кто в чем, ни перед каким начальством шапки зря не ломают и крестов им за отличие больше дают.
Неточные совпадения
Разделенные на
отряды (в каждом уже с вечера был назначен особый урядник
и особый шпион), они разом на всех пунктах начали работу разрушения.
Оборачиваюсь: Грушницкий! Мы обнялись. Я познакомился с ним в действующем
отряде. Он был ранен пулей в ногу
и поехал на воды с неделю прежде меня.
Я им объяснил, что я офицер, еду в действующий
отряд по казенной надобности,
и стал требовать казенную квартиру.
— Здесь нечисто! Я встретил сегодня черноморского урядника; он мне знаком — был прошлого года в
отряде; как я ему сказал, где мы остановились, а он мне: «Здесь, брат, нечисто, люди недобрые!..» Да
и в самом деле, что это за слепой! ходит везде один,
и на базар, за хлебом,
и за водой… уж видно, здесь к этому привыкли.
И снова, преданный безделью, // Томясь душевной пустотой, // Уселся он — с похвальной целью // Себе присвоить ум чужой; //
Отрядом книг уставил полку, // Читал, читал, а всё без толку: // Там скука, там обман иль бред; // В том совести, в том смысла нет; // На всех различные вериги; //
И устарела старина, //
И старым бредит новизна. // Как женщин, он оставил книги, //
И полку, с пыльной их семьей, // Задернул траурной тафтой.