Неточные совпадения
Да, это так; это все так. Он, впрочем, это и
прежде знал, и совсем это не новый вопрос для него; и когда ночью решено
было в воду кинуть, то решено
было безо всякого колебания и возражения, а так,
как будто так тому и следует
быть,
как будто иначе и
быть невозможно… Да, он это все знал и все помнил; да чуть ли это уже вчера не
было так решено, в ту самую минуту, когда он над сундуком сидел и футляры из него таскал… А ведь так!..
—
Как попали!
Как попали? — вскричал Разумихин, — и неужели ты, доктор, ты, который
прежде всего человека изучать обязан и имеешь случай, скорей всякого другого, натуру человеческую изучить, — неужели ты не видишь, по всем этим данным, что это за натура этот Николай? Неужели не видишь, с первого же разу, что все, что он показал при допросах, святейшая правда
есть? Точнехонько так и попали в руки,
как он показал. Наступил на коробку и поднял!
— А я так даже подивился на него сегодня, — начал Зосимов, очень обрадовавшись пришедшим, потому что в десять минут уже успел потерять нитку разговора с своим больным. — Дня через три-четыре, если так пойдет, совсем
будет как прежде, то
есть как было назад тому месяц, али два… али, пожалуй, и три? Ведь это издалека началось да подготовлялось… а? Сознаётесь теперь, что, может, и сами виноваты
были? — прибавил он с осторожною улыбкой,
как бы все еще боясь его чем-нибудь раздражить.
«Зачем тут салоп? — подумал он, — ведь его
прежде не
было…» Он подошел потихоньку и догадался, что за салопом
как будто кто-то прячется.
Оба сидели рядом, грустные и убитые,
как бы после бури выброшенные на пустой берег одни. Он смотрел на Соню и чувствовал,
как много на нем
было ее любви, и странно, ему стало вдруг тяжело и больно, что его так любят. Да, это
было странное и ужасное ощущение! Идя к Соне, он чувствовал, что в ней вся его надежда и весь исход; он думал сложить хоть часть своих мук, и вдруг теперь, когда все сердце ее обратилось к нему, он вдруг почувствовал и сознал, что он стал беспримерно несчастнее, чем
был прежде.
Эта болезнь его тогда, его странные все такие поступки, даже и
прежде,
прежде, еще в университете,
какой он
был всегда мрачный, угрюмый…
После Миколки в тот же день
была сцена у Сони; вел и кончил он ее совсем, совсем не так,
как бы мог воображать себе
прежде… ослабел, значит, мгновенно и радикально!
Эти последние слова, после всего
прежде сказанного и так похожего на отречение,
были слишком уж неожиданны. Раскольников весь задрожал,
как будто пронзенный.
«Какая, какая она? Та ли,
какая была прежде, или та, какая была в карете? Что, если правду говорила Дарья Александровна? Отчего же и не правда?» думал он.
Поведение тетушки Татьяны Степановны, или, лучше сказать, держанье себя с другими, вдруг переменилось, по крайней мере, она казалась уже совершенно не такою,
какою была прежде.
Неточные совпадения
Решась кокетку ненавидеть, // Кипящий Ленский не хотел // Пред поединком Ольгу видеть, // На солнце, на часы смотрел, // Махнул рукою напоследок — // И очутился у соседок. // Он думал Оленьку смутить, // Своим приездом поразить; // Не тут-то
было:
как и
прежде, // На встречу бедного певца // Прыгнула Оленька с крыльца, // Подобна ветреной надежде, // Резва, беспечна, весела, // Ну точно та же,
как была.
Прежде он не хотел вступать ни в
какие сношения с ними, потому что
был не более
как простой пешкой, стало
быть, немного получил бы; но теперь… теперь совсем другое дело: он мог предложить
какие угодно условия.
Хотя ему на часть и доставался всегда овес похуже и Селифан не иначе всыпал ему в корыто,
как сказавши
прежде: «Эх ты, подлец!» — но, однако ж, это все-таки
был овес, а не простое сено, он жевал его с удовольствием и часто засовывал длинную морду свою в корытца к товарищам поотведать,
какое у них
было продовольствие, особливо когда Селифана не
было в конюшне, но теперь одно сено… нехорошо; все
были недовольны.
Ноздрев
был очень рассержен за то, что потревожили его уединение;
прежде всего он отправил квартального к черту, но, когда прочитал в записке городничего, что может случиться пожива, потому что на вечер ожидают какого-то новичка, смягчился в ту же минуту, запер комнату наскоро ключом, оделся
как попало и отправился к ним.
И вот решился он сызнова начать карьер, вновь вооружиться терпением, вновь ограничиться во всем,
как ни привольно и ни хорошо
было развернулся
прежде.