Физиономия Васина не очень поразила меня, хоть я
слышал о нем как о чрезмерно умном: белокурый, с светло-серыми большими глазами, лицо очень открытое, но в то же время в нем что-то было как бы излишне твердое; предчувствовалось мало сообщительности, но взгляд решительно умный, умнее дергачевского, глубже, — умнее всех в комнате; впрочем, может быть, я теперь все преувеличиваю.
Неточные совпадения
Все это
о тогдашнем характере матери я
слышал от самой же Татьяны Павловны.
— Я тебя привел, и довольно.
О тебе даже
слышали. Крафт тоже может
о тебе заявить.
Если б я не был так взволнован, уж разумеется, я бы не стрелял такими вопросами, и так зря, в человека, с которым никогда не говорил, а только
о нем
слышал. Меня удивляло, что Васин как бы не замечал моего сумасшествия!
—
Слышали, — скажут мне, — не новость. Всякий фатер в Германии повторяет это своим детям, а между тем ваш Ротшильд (то есть покойный Джемс Ротшильд, парижский, я
о нем говорю) был всего только один, а фатеров мильоны.
Я только
о том негодую, что Версилов,
услышав, что ты про Васина выговариваешь их, а не его, наверно, не поправил бы тебя вовсе — до того он высокомерен и равнодушен с нами.
Разъясни мне тоже, кстати, друг мой: ты для чего это и с какою бы целью распространял и в школе, и в гимназии, и во всю жизнь свою, и даже первому встречному, как я
слышал,
о своей незаконнорожденности?
— Друг мой, я с тобой согласен во всем вперед; кстати, ты
о плече
слышал от меня же, а стало быть, в сию минуту употребляешь во зло мое же простодушие и мою же доверчивость; но согласись, что это плечо, право, было не так дурно, как оно кажется с первого взгляда, особенно для того времени; мы ведь только тогда начинали. Я, конечно, ломался, но я ведь тогда еще не знал, что ломаюсь. Разве ты, например, никогда не ломаешься в практических случаях?
Он еще не успел и сесть, как мне вдруг померещилось, что это, должно быть, отчим Васина, некий господин Стебельков,
о котором я уже что-то
слышал, но до того мельком, что никак бы не мог сказать, что именно: помнил только, что что-то нехорошее.
Но вдруг теперь, когда я,
услышав о Крафте, вскочил с кровати, меня всего обхватило как судорогой.
А это он действительно смешал: я
слышал какой-то в этом роде рассказ
о камне еще во времена моего детства, только, разумеется, не так и не про этот камень.
— Об этой идее я, конечно,
слышал, и знаю все; но я никогда не говорил с князем об этой идее. Я знаю только, что эта идея родилась в уме старого князя Сокольского, который и теперь болен; но я никогда ничего не говорил и в том не участвовал. Объявляя вам об этом единственно для объяснения, позволю вас спросить, во-первых: для чего вы-то со мной об этом заговорили? А во-вторых, неужели князь с вами
о таких вещах говорит?
О том, что вышло, — про то я знаю:
о вашей обоюдной вражде и
о вашем отвращении, так сказать, обоюдном друг от друга я знаю,
слышал, слишком
слышал, еще в Москве
слышал; но ведь именно тут прежде всего выпрыгивает наружу факт ожесточенного отвращения, ожесточенность неприязни, именно нелюбви, а Анна Андреевна вдруг задает вам: «Любите ли?» Неужели она так плохо рансеньирована?
— Самоубийство есть самый великий грех человеческий, — ответил он, вздохнув, — но судья тут — един лишь Господь, ибо ему лишь известно все, всякий предел и всякая мера. Нам же беспременно надо молиться
о таковом грешнике. Каждый раз, как
услышишь о таковом грехе, то, отходя ко сну, помолись за сего грешника умиленно; хотя бы только воздохни
о нем к Богу; даже хотя бы ты и не знал его вовсе, — тем доходнее твоя молитва будет
о нем.
Я был поражен, особенно
услышав о Васине.
— Я все
слышала, я все знаю. Эта ужасная ночь…
О, сколько вы должны были выстрадать! Правда ли, правда ли, что вас нашли уже без чувств, на морозе?
— Да, но вам, может быть, легче вступить в сношения, которые всё-таки необходимы, с человеком приготовленным. Впрочем, как хотите. Я очень рад был
услышать о вашем решении. И так уж столько нападков на добровольцев, что такой человек, как вы, поднимает их в общественном мнении.
Агриппина Филипьевна посмотрела на своего любимца и потом перевела свой взгляд на Привалова с тем выражением, которое говорило: «Вы уж извините, Сергей Александрыч, что Nicolas иногда позволяет себе такие выражения…» В нескольких словах она дала заметить Привалову, что уже кое-что
слышала о нем и что очень рада видеть его у себя; потом сказала два слова о Петербурге, с улыбкой сожаления отозвалась об Узле, который, по ее словам, был уже на пути к известности, не в пример другим уездным городам.
Неточные совпадения
Бобчинский. Возле будки, где продаются пироги. Да, встретившись с Петром Ивановичем, и говорю ему: «
Слышали ли вы
о новости-та, которую получил Антон Антонович из достоверного письма?» А Петр Иванович уж услыхали об этом от ключницы вашей Авдотьи, которая, не знаю, за чем-то была послана к Филиппу Антоновичу Почечуеву.
— Не то еще
услышите, // Как до утра пробудете: // Отсюда версты три // Есть дьякон… тоже с голосом… // Так вот они затеяли // По-своему здороваться // На утренней заре. // На башню как подымется // Да рявкнет наш: «Здо-ро-во ли // Жи-вешь, о-тец И-пат?» // Так стекла затрещат! // А тот ему, оттуда-то: // — Здо-ро-во, наш со-ло-ву-шко! // Жду вод-ку пить! — «И-ду!..» // «Иду»-то это в воздухе // Час целый откликается… // Такие жеребцы!..
Стародум.
О сударыня! До моих ушей уже дошло, что он теперь только и отучиться изволил. Я
слышал об его учителях и вижу наперед, какому грамотею ему быть надобно, учася у Кутейкина, и какому математику, учася у Цыфиркина. (К Правдину.) Любопытен бы я был послушать, чему немец-то его выучил.
Скотинин. Да коль доказывать, что ученье вздор, так возьмем дядю Вавилу Фалелеича.
О грамоте никто от него и не слыхивал, ни он ни от кого
слышать не хотел; а какова была голоушка!
Но таково было ослепление этой несчастной женщины, что она и
слышать не хотела
о мерах строгости и даже приезжего чиновника велела перевести из большого блошиного завода в малый.