Неточные совпадения
Некто из тогдашних влиятельных лиц, один из
тех покровителей, которым покровительство, впрочем, ничего не стоит,
согласился заинтересоваться браком молодой княжны.
С некоторого времени он стал раздражаться всякою мелочью безмерно и непропорционально, и если еще
соглашался на время уступать и терпеть,
то потому только, что уж им решено было все это изменить и переделать в самом непродолжительном времени.
— Но, друг мой, se trompe, это легко сказать, но разреши-ка сама подобный случай! Все стали в тупик. Я первый сказал бы qu’on se trompe. [Мой муж ошибается (фр.).] Но, к несчастию, я был свидетелем и участвовал сам в комиссии. Все очные ставки показали, что это
тот самый, совершенно
тот же самый рядовой Колпаков, который полгода назад был схоронен при обыкновенном параде и с барабанным боем. Случай действительно редкий, почти невозможный, я
соглашаюсь, но…
Согласитесь сами, у всякого есть свои недостатки и свои… особенные черты, у других, может, еще больше, чем у
тех, на которых привыкли пальцами указывать.
— Всех, всех впусти, Катя, не бойся, всех до одного, а
то и без тебя войдут. Вон уж как шумят, точно давеча. Господа, вы, может быть, обижаетесь, — обратилась она к гостям, — что я такую компанию при вас принимаю? Я очень сожалею и прощения прошу, но так надо, а мне очень, очень бы желалось, чтобы вы все
согласились быть при этой развязке моими свидетелями, хотя, впрочем, как вам угодно…
Но
согласитесь, однако ж, и с
тем, что в этой женщине присутствовали капитальные достоинства… блестящие черты.
— Это, это, это для благородного человека…
согласитесь сами, генерал, если благородный человек,
то это уж оскорбительно! — проворчал боксер, тоже вдруг с чего-то встрепенувшись, покручивая усы и подергивая плечами и корпусом.
Что же касается до
того, что я от лица всех протестовал давеча насчет присутствия ваших друзей,
то считаю нужным вам, милостивые государи, объяснить, что я протестовал, единственно чтобы заявить наше право, но что, в сущности, мы даже желаем, чтобы были свидетели, и давеча, еще не входя сюда, мы все четверо в этом
согласились.
Кто бы ни были ваши свидетели, хотя бы и ваши друзья, но так как они не могут не
согласиться с правом Бурдовского (потому что оно, очевидно, математическое),
то даже еще и лучше, что эти свидетели — ваши друзья; еще очевиднее представится истина.
Бурдовскому я только прочел, и
то не всё, и тотчас от него получил согласие напечатать, но
согласитесь, что я мог печатать и без согласия.
— Да, совершенно ложная дорога! Уверяю вас, господа, — вскричал князь, — вы напечатали статью в
том предположении, что я ни за что не
соглашусь удовлетворить господина Бурдовского, а стало быть, чтобы меня за это напугать и чем-нибудь отмстить. Но почему вы знали: я, может быть, и решил удовлетворить Бурдовского? Я вам прямо, при всех теперь заявляю, что я удовлетворю…
— Извольте, извольте, господа, — тотчас же
согласился князь, — после первой недоверчивости я решил, что я могу ошибаться и что Павлищев действительно мог иметь сына. Но меня поразило ужасно, что этот сын так легко,
то есть, я хочу сказать, так публично выдает секрет своего рождения и, главное, позорит свою мать. Потому что Чебаров уже и тогда пугал меня гласностию…
— Да, Терентьев, благодарю вас, князь, давеча говорили, но у меня вылетело… я хотел вас спросить, господин Терентьев, правду ли я слышал, что вы
того мнения, что стоит вам только четверть часа в окошко с народом поговорить, и он тотчас же с вами во всем
согласится и тотчас же за вами пойдет?
— Совсем не стоял, — крикнул Коля, — а совсем напротив: Ипполит у князя руку вчера схватил и два раза поцеловал, я сам видел,
тем и кончилось всё объяснение, кроме
того, что князь просто сказал, что ему легче будет на даче, и
тот мигом
согласился переехать, как только станет легче.
Но
согласись, милый друг,
согласись сам, какова вдруг загадка и какова досада слышать, когда вдруг этот хладнокровный бесенок (потому что она стояла пред матерью с видом глубочайшего презрения ко всем нашим вопросам, а к моим преимущественно, потому что я, черт возьми, сглупил, вздумал было строгость показать, так как я глава семейства, — ну, и сглупил), этот хладнокровный бесенок так вдруг и объявляет с усмешкой, что эта «помешанная» (так она выразилась, и мне странно, что она в одно слово с тобой: «Разве вы не могли, говорит, до сих пор догадаться»), что эта помешанная «забрала себе в голову во что бы
то ни стало меня замуж за князя Льва Николаича выдать, а для
того Евгения Павлыча из дому от нас выживает…»; только и сказала; никакого больше объяснения не дала, хохочет себе, а мы рот разинули, хлопнула дверью и вышла.
— И впрямь… —
согласился он тотчас же, как бы задумываясь, — пожалуй, еще скажут… да черт ли мне в
том, что они скажут!
— Тут слишком много личного,
соглашаюсь,
то есть собственно обо мне…
Я был рад, я действительно чувствовал к нему, и давно уже, горячую симпатию… ну, и кроме
того,
согласитесь, блестящий мундир, что для ребенка составляет многое…
Раз навсегда замечено было в семействе, что чем упорнее и настойчивее возрастали иногда, в каком-нибудь общем и спорном семейном пункте, возражения и отпоры Лизаветы Прокофьевны,
тем более это могло служить для всех признаком, что она, может быть, уж и
соглашается с этим пунктом.
Что же касается Гаврилы Ардалионовича,
то,
согласитесь сами, может ли он оставаться спокойным после всего, что он потерял, если вы только знаете его дела хоть отчасти?
Во-первых, еще не умерли; да если бы даже эти люди и перемерли,
то какое же в этом утешение,
согласитесь сами!
Сомнения нет тоже, что тут не было над ним никакого насилия (со стороны, например, Настасьи Филипповны), что Настасья Филипповна действительно непременно пожелала скорей свадьбы и что она свадьбу выдумала, а вовсе не князь; но князь
согласился свободно; даже как-то рассеянно и вроде
того, как если бы попросили у него какую-нибудь довольно обыкновенную вещь.
Те, с своей стороны, предложили Егору Егорычу, не пожелает ли он полечиться молоком;
тот согласился, но через неделю же его постигнуло такое желудочное расстройство, что Сусанна Николаевна испугалась даже за жизнь мужа, а Терхов поскакал в Баден и привез оттуда настоящего врача, не специалиста, который, внимательно исследовав больного, объявил, что у Егора Егорыча чахотка и что если желают его поддержать, то предприняли бы морское путешествие, каковое, конечно, Марфины в сопровождении того же Терхова предприняли, начав его с Средиземного моря; но когда корабль перешел в Атлантический океан, то вблизи Бордо (странное стечение обстоятельств), — вблизи этого города, где некогда возникла ложа мартинистов, Егор Егорыч скончался.