Неточные совпадения
Все вышли провожать Вельчанинова; дети привели Лизу, с которой играли в саду. Они смотрели на нее теперь, казалось, еще с большим недоумением, чем давеча. Лиза задичилась совсем, когда Вельчанинов
поцеловал ее при всех, прощаясь, и с
жаром повторил обещание приехать завтра с отцом. До последней минуты она молчала и на него не смотрела, но тут вдруг схватила его за рукав и потянула куда-то в сторону, устремив на него умоляющий взгляд; ей хотелось что-то сказать ему. Он тотчас отвел ее в другую комнату.
Милый образ бедного ребенка грустно мелькнул перед ним. Сердце его забилось сильнее от мысли, что он сегодня же, скоро, через два часа, опять увидит свою Лизу. «Э, что тут говорить! — решил он с
жаром, — теперь в этом вся жизнь и вся моя
цель! Что там все эти пощечины и воспоминания!.. И для чего я только жил до сих пор? Беспорядок и грусть… а теперь — все другое, все по-другому!»
Приехав на место, рыщут по этому
жару целый день, потом являются на сборное место к обеду, и каждый выпивает по нескольку бутылок портера или элю и после этого приедут домой как ни в чем не бывало; выкупаются только и опять готовы есть.
Дорогой княгиня совсем потеряла свой желчный тон и даже очень оживилась; она рассказала несколько скабрезных историек из маловедомого нам мира и века, и каждая из этих историек была гораздо интереснее светских романов одной русской писательницы, по мнению которой влюбленный человек «хорошего тона» в самую горячечную минуту страсти ничего не может сделать умнее, как с большим
жаром поцеловать ее руку и прочесть ей следующее стихотворение Альфреда Мюссе.
Неточные совпадения
Я с
жаром ее
поцеловал и поспешно вышел из комнаты.
Ночь была не хороша для Базарова… Жестокий
жар его мучил. К утру ему полегчило. Он попросил, чтоб Арина Власьевна его причесала,
поцеловал у ней руку и выпил глотка два чаю. Василий Иванович оживился немного.
Мать осыпала его страстными
поцелуями, потом осмотрела его жадными, заботливыми глазами, не мутны ли глазки, спросила, не болит ли что-нибудь, расспросила няньку, покойно ли он спал, не просыпался ли ночью, не метался ли во сне, не было ли у него
жару? Потом взяла его за руку и подвела его к образу.
Юношеский
жар Штольца заражал Обломова, и он сгорал от жажды труда, далекой, но обаятельной
цели.
— Нечего делать, — с тоской сказала бабушка, — надо пустить. Чай, голоднехонек, бедный! Куда он теперь в этакую
жару потащится? Зато уж на
целый месяц отделаюсь! Теперь его до вечера не выживешь!