— Как вы смели, милостивый государь, как решились обеспокоить незнакомую вам даму в ее доме и в такой час… и явиться к ней
говорить о человеке, который здесь же, в этой самой гостиной, всего три часа тому, приходил убить меня, стучал ногами и вышел как никто не выходит из порядочного дома.
Неточные совпадения
Статейки эти,
говорят, были так всегда любопытно и пикантно составлены, что быстро пошли в ход, и уж в этом одном молодой
человек оказал все свое практическое и умственное превосходство над тою многочисленною, вечно нуждающеюся и несчастною частью нашей учащейся молодежи обоего пола, которая в столицах, по обыкновению, с утра до ночи обивает пороги разных газет и журналов, не умея ничего лучше выдумать, кроме вечного повторения одной и той же просьбы
о переводах с французского или
о переписке.
В мечтах я нередко,
говорит, доходил до страстных помыслов
о служении человечеству и, может быть, действительно пошел бы на крест за
людей, если б это вдруг как-нибудь потребовалось, а между тем я двух дней не в состоянии прожить ни с кем в одной комнате,
о чем знаю из опыта.
«Ибо теперь только (то есть он, конечно,
говорит про инквизицию) стало возможным помыслить в первый раз
о счастии
людей.
На вопросы
о вчерашних деньгах она заявила, что не знает, сколько их было, но слышала, как
людям он много раз
говорил вчера, что привез с собой три тысячи.
Легко жить Ракитину: «Ты, —
говорит он мне сегодня, —
о расширении гражданских прав
человека хлопочи лучше али хоть
о том, чтобы цена на говядину не возвысилась; этим проще и ближе человечеству любовь окажешь, чем философиями».
— Что не я убил, это вы знаете сами доподлинно. И думал я, что умному
человеку и
говорить о сем больше нечего.
«Видели ли вы его сами — вы, столь многолетне приближенный к вашему барину
человек?» Григорий ответил, что не видел, да и не слыхал
о таких деньгах вовсе ни от кого, «до самых тех пор, как вот зачали теперь все
говорить».
И уж конечно, Ипполит Кириллович увлекся, да и все это мало подходило к настоящему делу, не
говоря уже
о том, что вышло довольно неясно, но уж слишком захотелось высказаться чахоточному и озлобленному
человеку хоть раз в своей жизни.
Дронов всегда
говорил о людях с кривой усмешечкой, посматривая в сторону и как бы видя там образы других людей, в сравнении с которыми тот, о ком он рассказывал, — негодяй.
В нем все открыто, все сразу видно для наблюдателя, все слишком просто, не заманчиво, не таинственно, не романтично. Про него нельзя было сказать «умный человек» в том смысле, как обыкновенно
говорят о людях, замечательно наделенных этою силою; ни остроумием, ни находчивостью его тоже упрекнуть было нельзя.
Как хохол, он
говорил о людях беззлобно, считая всех виноватыми в дурном устройстве жизни, но вера в новую жизнь была у него не так горяча, как у Андрея, и не так ярка.
Неточные совпадения
Теперь у нас подлецов не бывает, есть
люди благонамеренные, приятные, а таких, которые бы на всеобщий позор выставили свою физиогномию под публичную оплеуху, отыщется разве каких-нибудь два, три
человека, да и те уже
говорят теперь
о добродетели.
Кажется, как будто ее мало заботило то,
о чем заботятся, или оттого, что всепоглощающая деятельность мужа ничего не оставила на ее долю, или оттого, что она принадлежала, по самому сложению своему, к тому философическому разряду
людей, которые, имея и чувства, и мысли, и ум, живут как-то вполовину, на жизнь глядят вполглаза и, видя возмутительные тревоги и борьбы,
говорят: «<Пусть> их, дураки, бесятся!
Он объявил, что главное дело — в хорошем почерке, а не в чем-либо другом, что без этого не попадешь ни в министры, ни в государственные советники, а Тентетников писал тем самым письмом,
о котором
говорят: «Писала сорока лапой, а не
человек».
Генерал смутился. Собирая слова и мысли, стал он
говорить, хотя несколько несвязно, что слово ты было им сказано не в том смысле, что старику иной раз позволительно сказать молодому
человеку ты(
о чине своем он не упомянул ни слова).
Сосед, принадлежавший к фамилии отставных штаб-офицеров, брандеров, выражался
о нем лаконическим выраженьем: «Естественнейший скотина!» Генерал, проживавший в десяти верстах,
говорил: «Молодой
человек, неглупый, но много забрал себе в голову.