Неточные совпадения
— С шеи, господа,
взял, с шеи, вот с этой самой моей шеи… Здесь они были у меня на шее, зашиты в
тряпку и висели на шее, уже давно, уже месяц, как я их на шее со стыдом и с позором носил!
— Где же вы
взяли материал, то есть эту
тряпку, в которую зашили?
— Видите, я действительно, помнится, как-то утащил один чепчик на
тряпки, а может, перо обтирать.
Взял тихонько, потому никуда не годная
тряпка, лоскутки у меня валялись, а тут эти полторы тысячи, я
взял и зашил… Кажется, именно в эти
тряпки зашил. Старая коленкоровая дрянь, тысячу раз мытая.
Ни за что не простит прямо и просто, а унизит тебя до
тряпки, вычитает, чего даже не было, все
возьмет, ничего не забудет, своего прибавит, и тогда уж только простит.
Неточные совпадения
— Послушайте, матушка… эх, какие вы! что ж они могут стоить? Рассмотрите: ведь это прах. Понимаете ли? это просто прах. Вы
возьмите всякую негодную, последнюю вещь, например, даже простую
тряпку, и
тряпке есть цена: ее хоть, по крайней мере, купят на бумажную фабрику, а ведь это ни на что не нужно. Ну, скажите сами, на что оно нужно?
У стола в комнате Нехаевой стояла шерстяная, кругленькая старушка, она бесшумно брала в руки вещи, книги и обтирала их
тряпкой. Прежде чем
взять вещь, она вежливо кивала головою, а затем так осторожно вытирала ее, точно вазочка или книга были живые и хрупкие, как цыплята. Когда Клим вошел в комнату, она зашипела на него:
Силыч, дрожащими от жадности руками, начал завертывать их в какие-то хлопки и
тряпки, прятал в карманы, даже
взял один пятак в рот.
Потому ведь на мне ничего своего; уйду — все ему брошу, последнюю
тряпку оставлю, а без всего меня кто
возьмет, спроси-ка вот Ганю,
возьмет ли?
— Вот что я придумала, Софья Сергеевна, — начала графиня. — Надо заставить ее заснуть покрепче и во время сна
взять трупик и заменить его сшитой из
тряпок куклой… тогда можно завтра ее увезти, а трупик отвезет ваш муж в имение этого Зыбина и сдаст ему, сказав, что графиня Аракчеева повезла его сумасшедшую жену к матери, а трупик приказала ему похоронить… так пусть и скажет: графиня Аракчеева, этот титул и это имя еще до сих пор страшны для негодяев…