Первоначальным побуждением к труду служит также естественная необходимость упражнять свои силы, и [, следовательно,] охота трудиться должна находиться в прямой пропорции с количеством
сил человека, которое опять зависит во многом от упражнения.
Неточные совпадения
Подчиняясь
силе, даже заставляя себя строить силлогизмы в пользу этого подчинения,
человек, однако же, невольно чувствовал, что силлогизмы эти условны и случайны и что естественные, истинные, гораздо высшие требования справедливости — совершенно им противоположны.
Крестьянский ребенок в своей необразованной семье не может слышать ничего подобного и потому долее остается верен природе [и здравому смыслу, пока наконец не угомонит его тяготение внешней
силы, вооруженной всеми пособиями новейшей цивилизации и опирающейся на все силлогизмы и хрии, изобретенные просвещенными и красноречивыми
людьми…]
Но так как природные требования всегда сохраняют известную долю
силы над
человеком, то всегда есть надежда навести бедняка на правильную точку зрения.
Но достаточно одного: чтобы испорченные
люди избавили ее от своего надзора и не заботились об ее нравственном воспитании, достаточно этого, чтобы естественные стремления человеческой природы явственно выразились в ней и получили свою
силу.
Но это именно бывает у
людей «образованного» общества, которые, обогащаясь всякого рода познаниями, открывают для себя множество целей и путей, но, чтобы достигнуть этих целей, не имеют достаточно
сил, да и насчет пути-то оказываются очень ленивы…
Конечно, если рассудить хладнокровно, так это само по себе вздор: при обсуждении нравственного достоинства
человека надо смотреть на то, заслуживал ли он быть битым; а там — бит ли он был в действительности или нет, — это уже другой вопрос, вопрос
силы, а не права.
Казалось, что вся
сила людей, тяготея к желтой, теплой полосе света, хочет втиснуться в двери собора, откуда, едва слышен, тоже плывет подавленный гул.
Так вот как морочит нечистая
сила человека! Я знаю хорошо эту землю: после того нанимали ее у батька под баштан соседние козаки. Земля славная! и урожай всегда бывал на диво; но на заколдованном месте никогда не было ничего доброго. Засеют как следует, а взойдет такое, что и разобрать нельзя: арбуз не арбуз, тыква не тыква, огурец не огурец… черт знает что такое!
И вот вместо твердых основ для успокоения совести человеческой раз навсегда — ты взял все, что есть необычайного, гадательного и неопределенного, взял все, что было не по
силам людей, а потому поступил как бы и не любя их вовсе, — и это кто же: тот, который пришел отдать за них жизнь свою!
Неточные совпадения
Казалось, не было
сил человеческих подбиться к такому
человеку и привлечь его расположение, но Чичиков попробовал.
Странное дело! оттого ли, что честолюбие уже так сильно было в них возбуждено; оттого ли, что в самых глазах необыкновенного наставника было что-то говорящее юноше: вперед! — это слово, производящее такие чудеса над русским
человеком, — то ли, другое ли, но юноша с самого начала искал только трудностей, алча действовать только там, где трудно, где нужно было показать бóльшую
силу души.
— Я все думаю о том, какой бы из вас был
человек, если бы так же, и
силою и терпеньем, да подвизались бы на добрый труд и для лучшей <цели>!
Мужчины почтенных лет, между которыми сидел Чичиков, спорили громко, заедая дельное слово рыбой или говядиной, обмакнутой нещадным образом в горчицу, и спорили о тех предметах, в которых он даже всегда принимал участие; но он был похож на какого-то
человека, уставшего или разбитого дальней дорогой, которому ничто не лезет на ум и который не в
силах войти ни во что.
— Попробую, приложу старанья, сколько хватит
сил, — сказал Хлобуев. И в голосе его было заметно ободренье, спина распрямилась, и голова приподнялась, как у
человека, которому светит надежда. — Вижу, что вас Бог наградил разуменьем, и вы знаете иное лучше нас, близоруких
людей.