Грубые, необузданные крики какого-нибудь самодура, широкие размахи руки его напоминают им простор вольной жизни, гордые порывы
свободной мысли и горячего сердца — порывы, заглушённые в несчастных страдальцах, но погибшие не совсем без следа.
Неточные совпадения
Им-то подчинил г. Островский в комедиях и драме
мысль, чувство и
свободную волю человека» («Атеней», 1859 г.).
Тот же критик решил (очень энергически), что в драме «Не так живи, как хочется» Островский проповедует, будто «полная покорность воле старших, слепая вера в справедливость исстари предписанного закона и совершенное отречение от человеческой свободы, от всякого притязания на право заявить свои человеческие чувства гораздо лучше, чем самая
мысль, чувство и
свободная воля человека».
Не признавая ее прав как самостоятельной личности, ей и не дают ничего, что в жизни может ограждать личность: она необразованна, у ней нет голоса даже в домашних делах, нет привычки смотреть на людей своими глазами, нет даже и
мысли о праве
свободного выбора в деле сердца.
Вместе с Парижем пережило новое человечество медовый месяц свободной жизни и
свободной мысли; великую революцию, социализм, эстетизм, последние плоды буржуазного атеизма и мещанства.
Неточные совпадения
«Ни жрец, ни жертва, а —
свободный человек!» — додумался он, как бы издали следя за быстрым потоком
мыслей. Он стоял у окна в приятном оцепенении и невольно улыбался, пощипывая бородку.
— Слышите? — подхватил Бердников. — В эстеты произвел меня. А то — нигилистом ругает. Однако чем же я виноват, ежели у нас свобода-то
мысли именно к празднословию сводится и больше никуда? Нуте-ко, скажите, где у нас свободная-то
мысль образцово дана? Чаадаев? Бакунин и Кропоткин? Герцен, Киреевский, Данилевский и другие этого гнезда?
«Если б я влюбился в нее, она вытеснила бы из меня все… Что — все? Она меня назвала неизлечимым умником, сказала, что такие, как я, болезнь мира. Это неверно. Неправда. Я — не книжник, не догматик, не моралист. Я знаю много, но не пытаюсь учить. Не выдумываю теории, которые всегда ограничивают
свободный рост
мысли и воображения».
Явилась даже смелая
мысль: интересно бы встретить Инокова еще раз, но, конечно, в его
свободное от профессиональных занятий время.
Самгин шел тихо, перебирая в памяти возможные возражения всех «систем фраз» против его будущей статьи. Возражения быстро испарялись, как испаряются первые капли дождя в дорожной пыли, нагретой жарким солнцем. Память услужливо подсказывала удачные слова, они легко и красиво оформляли интереснейшие
мысли. Он чувствовал себя совершенно
свободным от всех страхов и тревог.