Пелагея Егоровна приходит в ужас и в каком-то бессознательном порыве кричит, схватывая дочь за руки: «Моя дочь,
не отдам! батюшка, Гордей Карпыч, не шути над материнским сердцем! перестань… истомил всю душу».
«Да помилуйте, тятенька, он
не отдаст, возражает сын. «Я тебе приказываю, слышишь, — говорит Тит Титыч: — как он смеет не отдать, когда я этого желаю?..
Неточные совпадения
Он и теперь говорит, что 25 копеек
отдать кредиторам — много, да что уж делать-то, когда меньше
не берут.
Олимпиада Самсоновна говорит ему: «Я у вас, тятенька, до двадцати лет жила, — свету
не видала, что же, мне прикажете
отдать вам деньги, а самой опять в ситцевых платьях ходить?» Большов
не находит ничего лучшего сказать на это, как только попрекнуть дочь и зятя невольным благодеянием, которое он им сделал, передавши в их руки свое имение.
Я
не за того
отдам, кого она полюбит, а за того, кого я полюблю.
«
Не на кого, — говорит, — вам плакаться: сами
отдаете.
«А коли скажешь, что, мол, тятенька, эта невеста
не нравится: а, говорит, в солдаты
отдам!.. ну, и шабаш!
По своей благожелательности (а
не по чему другому) Уланбекова задумала
отдать Надю за пьяницу Неглигентова.
Ей в самом деле легко было сделать дебош и сорвать сердце; но она
не хочет этого, она чистосердечно
отдает справедливость красоте невесты, и сердце ее начинает наполняться довольством за счастие своего бывшего друга.
Настасья Панкратьевна скажет, что учиться
не надо много; а Ненила Сидоровна подхватит: «Да, вот насчет ученья-то: у нас соседка
отдавала сына учиться, а он глаза и выколол».
Затем нелишнее, кажется, будет еще сказать, что, пленяя нетвердый женский пол, градоначальник должен искать уединения и отнюдь
не отдавать сих действий своих в жертву гласности или устности.
— Вот-вот именно, — поспешно обратилась к нему княгиня Мягкая. — Но дело в том, что Анну я вам
не отдам. Она такая славная, милая. Что же ей делать, если все влюблены в нее и как тени ходят за ней?
— Да так. Я дал себе заклятье. Когда я был еще подпоручиком, раз, знаете, мы подгуляли между собой, а ночью сделалась тревога; вот мы и вышли перед фрунт навеселе, да уж и досталось нам, как Алексей Петрович узнал: не дай господи, как он рассердился! чуть-чуть
не отдал под суд. Оно и точно: другой раз целый год живешь, никого не видишь, да как тут еще водка — пропадший человек!
Неточные совпадения
Хлестаков. Да, если вы
не согласитесь
отдать руки Марьи Антоновны, то я черт знает что готов…
«Давно мы
не работали, // Давайте — покосим!» // Семь баб им косы
отдали. // Проснулась, разгорелася // Привычка позабытая // К труду! Как зубы с голоду, // Работает у каждого // Проворная рука. // Валят траву высокую, // Под песню, незнакомую // Вахлацкой стороне; // Под песню, что навеяна // Метелями и вьюгами // Родимых деревень: // Заплатова, Дырявина, // Разутова, Знобишина, // Горелова, Неелова — // Неурожайка тож…
Уж сумма вся исполнилась, // А щедрота народная // Росла: — Бери, Ермил Ильич, //
Отдашь,
не пропадет! — // Ермил народу кланялся // На все четыре стороны, // В палату шел со шляпою, // Зажавши в ней казну. // Сдивилися подьячие, // Позеленел Алтынников, // Как он сполна всю тысячу // Им выложил на стол!.. //
Не волчий зуб, так лисий хвост, — // Пошли юлить подьячие, // С покупкой поздравлять! // Да
не таков Ермил Ильич, //
Не молвил слова лишнего. // Копейки
не дал им!
Судья, который,
не убояся ни мщения, ни угроз сильного,
отдал справедливость беспомощному, в моих глазах герой.
Г-жа Простакова. Старинные люди, мой отец!
Не нынешний был век. Нас ничему
не учили. Бывало, добры люди приступят к батюшке, ублажают, ублажают, чтоб хоть братца
отдать в школу. К статью ли, покойник-свет и руками и ногами, Царство ему Небесное! Бывало, изволит закричать: прокляну ребенка, который что-нибудь переймет у басурманов, и
не будь тот Скотинин, кто чему-нибудь учиться захочет.