Таким образом, вопрос о законности ставится здесь с бесстыдною прямотою: закон есть не что иное,
как воля самодура, и все должны ей подчиняться, а он не должен стесняться ничем…
Неточные совпадения
Оттого нередко он затеет что-нибудь возвышенное или широкое, а память о натуральной мерке и спугнет его замысел; ему бы следовало дать
волю счастливому внушению, а он
как будто испугается высоты полета, и образ выходит какой-то недоделанный» («Рус. бес.»).
Тот же критик решил (очень энергически), что в драме «Не так живи,
как хочется» Островский проповедует, будто «полная покорность
воле старших, слепая вера в справедливость исстари предписанного закона и совершенное отречение от человеческой свободы, от всякого притязания на право заявить свои человеческие чувства гораздо лучше, чем самая мысль, чувство и свободная
воля человека».
Ведь у них самих отняли все, что они имели, свою
волю и свою мысль;
как же им рассуждать о том, что честно и что бесчестно?
как не захотеть надуть другого для своей личной выгоды?
Оттого и выдача ее, против
воли, замуж за Подхалюзина представляется ему не более
как занимательным опытом.
Но она заметна и в Большове, который, даже решаясь на такой шаг,
как злостное банкротство, не только старается свалить с себя хлопоты, но просто сам не знает, что он делает, отступается от своей выгоды и даже отказывается от своей
воли в этом деле, сваливая все на судьбу.
Когда Подхалюзин толкует ему, что может случиться «грех
какой», что, пожалуй, и имение отнимут, и его самого по судам затаскают, Большов отвечает: «Что ж делать-то, братец; уж знать, такая
воля божия, против ее не пойдешь».
Гордей Карпыч
как будто затуманивается; он смотрит вокруг себя и не знает,
как ему все это понимать и что делать; он ищет внутри себя — на чем бы опереться в борьбе, и ничего не находит, кроме своей самодурной
воли.
А
как начала она мной,
как куклой, командовать, да
как увидела я, что никакой мне
воли, ни защиты нет, так отчаянность на меня напала…
Сам Подхалюзин не стал бы обмеривать и обсчитывать, повинуясь
воле хозяина,
как высшему закону, и откладывая гроши себе в карман, а просто потребовал бы участия в барышах Большова, так
как он уже всеми его делами заведывал.
Законов никаких никто не признает, честности никто в толк взять не может, ума не определяют иначе,
как способностью нажиться, главною добродетелью признают смирение пред
волею старших.
А если до сих пор эти законы исследованы мало, так это потому, что человеку, пораженному любовью, не до того, чтоб ученым оком следить, как вкрадывается в душу впечатление, как оковывает будто сном чувства, как сначала ослепнут глаза, с какого момента пульс, а за ним сердце начинает биться сильнее, как является со вчерашнего дня вдруг преданность до могилы, стремление жертвовать собою, как мало-помалу исчезает свое я и переходит в него или в нее, как ум необыкновенно тупеет или необыкновенно изощряется,
как воля отдается в волю другого, как клонится голова, дрожат колени, являются слезы, горячка…
— Теперь я только начинаю немного понимать, и то не все, — сказал, подумавши, Тушин и вздохнул,
как вол, которого отпрягли. — Я думал, что вы нагло обмануты.
Неточные совпадения
«
Как недогадлива ты, няня!» — // «Сердечный друг, уж я стара, // Стара; тупеет разум, Таня; // А то, бывало, я востра, // Бывало, слово барской
воли…» — // «Ах, няня, няня! до того ли? // Что нужды мне в твоем уме? // Ты видишь, дело о письме // К Онегину». — «Ну, дело, дело. // Не гневайся, душа моя, // Ты знаешь, непонятна я… // Да что ж ты снова побледнела?» — // «Так, няня, право, ничего. // Пошли же внука своего». —
Из буфета ли он вырвался или из небольшой зеленой гостиной, где производилась игра посильнее, чем в обыкновенный вист, своей ли
волею или вытолкали его, только он явился веселый, радостный, ухвативши под руку прокурора, которого, вероятно, уже таскал несколько времени, потому что бедный прокурор поворачивал на все стороны свои густые брови,
как бы придумывая средство выбраться из этого дружеского подручного путешествия.
—
Как милости вашей будет завгодно, — отвечал на все согласный Селифан, — коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему ж не посечь, коли за дело, на то
воля господская. Оно нужно посечь, потому что мужик балуется, порядок нужно наблюдать. Коли за дело, то и посеки; почему ж не посечь?
— Иной раз, право, мне кажется, что будто русский человек — какой-то пропащий человек. Нет силы
воли, нет отваги на постоянство. Хочешь все сделать — и ничего не можешь. Все думаешь — с завтрашнего дни начнешь новую жизнь, с завтрашнего дни примешься за все
как следует, с завтрашнего дни сядешь на диету, — ничуть не бывало: к вечеру того же дни так объешься, что только хлопаешь глазами и язык не ворочается,
как сова, сидишь, глядя на всех, — право и эдак все.
В этой напрасной борьбе я истощил и жар души, и постоянство
воли, необходимое для действительной жизни; я вступил в эту жизнь, пережив ее уже мысленно, и мне стало скучно и гадко,
как тому, кто читает дурное подражание давно ему известной книге.