Как странно произносить эти слова, — перебил себя Филатр. — А я их даже пишу: «…
Каюте корабля «Бегущая по волнам», который принадлежит вам. Вы крайне обяжете меня содействием Гарвею. Надеюсь, что здоровье вашей глубоко симпатичной супруги продолжает не внушать беспокойства. Прошу вас…»…И так далее, — прикончил Филатр, покрывая конверт размашистыми строками адреса.
Неточные совпадения
— Капитан Гез! — вскричал я, разгневанный тем более, что Бутлер, подойдя, усмехнулся. — Если мне действительно придется плыть на
корабле этом и вы зайдете в мою
каюту, я постараюсь загладить вашу грубость, во всяком случае, более ровным обращением с вами.
На
корабле меня, по-видимому, ждали. Из дверей кухни выглянула голова в колпаке, скрылась, и немедленно явился расторопный мулат, который взял мои вещи, поместив их в приготовленную
каюту.
Вскоре после этого к навесному трапу, опущенному по той стороне
корабля, где находилась моя
каюта, подплыла лодка, управляемая наемным лодочником.
В
каюте Геза стоял портрет неизвестной девушки. Участники оргии собрались в полном составе. Я плыл на
корабле с темной историей и подозрительным капитаном, ожидая должных случиться событий, ради цели неясной и начинающей оборачиваться голосом чувства, так же странного при этих обстоятельствах, как ревнивое желание разобрать, о чем шепчутся за стеной.
Я умолчал также о некоторых вещах, например, о фотографии Биче в
каюте Геза и запутанном положении
корабля в руках капитана, с целью сосредоточить все происшествия на себе.
Грейг должен был оставить Плимут ранее, чем предполагал: по его замечанию что-то очень много любопытных стали посещать его корабль, и из расспросов незваных гостей было видно, что они догадываются о заключении в одной из
кают корабля «Трех иерархов» таинственной пленницы.
Неточные совпадения
Пантен, крича как на пожаре, вывел «Секрет» из ветра; судно остановилось, между тем как от крейсера помчался паровой катер с командой и лейтенантом в белых перчатках; лейтенант, ступив на палубу
корабля, изумленно оглянулся и прошел с Грэем в
каюту, откуда через час отправился, странно махнув рукой и улыбаясь, словно получил чин, обратно к синему крейсеру.
Все размещены были очень удобно по многочисленным
каютам стопушечного старого английского
корабля.
Это особенно приятно, когда многие спят по
каютам и не знают, в чем дело, а тут вдруг раздается треск, от которого дрогнет
корабль.
Один только отец Аввакум, наш добрый и почтенный архимандрит, относился ко всем этим ожиданиям, как почти и ко всему, невозмутимо-покойно и даже скептически. Как он сам лично не имел врагов, всеми любимый и сам всех любивший, то и не предполагал их нигде и ни в ком: ни на море, ни на суше, ни в людях, ни в
кораблях. У него была вражда только к одной большой пушке, как совершенно ненужному в его глазах предмету, которая стояла в его
каюте и отнимала у него много простора и свету.
Робко ходит в первый раз человек на
корабле:
каюта ему кажется гробом, а между тем едва ли он безопаснее в многолюдном городе, на шумной улице, чем на крепком парусном судне, в океане.