— Мне двадцать семь лет, к тридцати у меня будет тысяч десять. Тогда я дам старику
по шапке и — буду свободна… Учись у меня жить, мой серьёзный каприз…
Неточные совпадения
Дедушка смотрел на них болящими, красными глазами, из которых, не иссякая, текли
по морщинам лица мутные слёзы, и, крепко нахлобучив на голову старую, рыжую
шапку, заводил нараспев дрожащим, тонким голосом...
Тогда, надев
шапку, он положил деньги в карман, сунул руки в рукава пальто, сжался, наклонил голову и медленно пошёл вдоль
по улице, неся в груди оледеневшее сердце, чувствуя, что в голове его катаются какие-то тяжёлые шары и стучат в виски ему…
Тогда, поправив
шапку рукой, Лунёв зашагал
по тротуару, чувствуя боль в глазах и тяжесть в голове.
Проходя мимо церкви, он
по привычке снимал
шапку и крестился.
— Когда вы проходили в этот день
по улице, не помните ли, не встретился ли вам человек высокого роста, в полушубке и чёрной барашковой
шапке?
Через несколько дней Лунёв узнал, что
по делу об убийстве купца Полуэктова полиция ищет какого-то высокого человека в барашковой
шапке.
— Подтянем, Илья Фирсыч? Ха-ха! Отцом родным будешь. Озолочу… Истинно господь прислал тебя ко мне. Ведь вконец я захудал. Зятья-то на мои денежки живут да радуются, а я в забвенном виде. Они радуются, а мы их
по шапке… Ха-ха!.. Есть и на зятьев закон?
— За то ли, за другое ли, а теперь дожидайся от губернатора бумаги. Уж не об том будут спрашивать, зачем ты вольный дух распускаешь, а об том, отчего у тебя в уезде его нет. Да из предводителей-то тебя за это —
по шапке!
— Пункт второй: «Запрещаются повсеместно лжепредсказания и лжепредзнаменования…» Чувствуете-с? Затем пункт третий-с: «Запрещается выдавать себя за колдуна или чародея и употреблять подобные обманы-с». Что вы на это скажете? А вдруг все это обнаружится или стороной дойдет до начальства? Кто в ответе? — Я. Кого из службы
по шапке? — Меня. Видите, какая штукенция.
— Так ты так и говори! — гремел он. — Так напрямик и объясняй: австрияк так австрияк, пруссак так пруссак, а мадьяр мне не сочиняй, редактора зря не подводи. Вот что! Нешто с вас спросится? Вы намадьярите, а редактору
по шапке накладут!.. — И, видя «глубокое» впечатление, произведенное его словами и его строгим окриком, он уже смирившимся и умилостивленным тоном прибавил, укоризненно качая головой:
— Эх, Репка, Репка. Вот ежели его бы — ну прямо
по шапке золота на рыло… Пропал Репка… Годов восемь назад его взяли, заковали и за бугры отправили… Кто он — не дознались…
Неточные совпадения
Чичиков тоже устремился к окну. К крыльцу подходил лет сорока человек, живой, смуглой наружности. На нем был триповый картуз.
По обеим сторонам его, сняв
шапки, шли двое нижнего сословия, — шли, разговаривая и о чем-то с <ним> толкуя. Один, казалось, был простой мужик; другой, в синей сибирке, какой-то заезжий кулак и пройдоха.
Сначала он принялся угождать во всяких незаметных мелочах: рассмотрел внимательно чинку перьев, какими писал он, и, приготовивши несколько
по образцу их, клал ему всякий раз их под руку; сдувал и сметал со стола его песок и табак; завел новую тряпку для его чернильницы; отыскал где-то его
шапку, прескверную
шапку, какая когда-либо существовала в мире, и всякий раз клал ее возле него за минуту до окончания присутствия; чистил ему спину, если тот запачкал ее мелом у стены, — но все это осталось решительно без всякого замечания, так, как будто ничего этого не было и делано.
Здесь Чичиков, не дожидаясь, что будет отвечать на это Ноздрев, скорее за
шапку да по-за спиною капитана-исправника выскользнул на крыльцо, сел в бричку и велел Селифану погонять лошадей во весь дух.
Скоро показалась вдали лодка, быстро приблизилась она; из нее, как накануне, вышел человек в татарской
шапке, но стрижен он был по-казацки, и за ременным поясом его торчал большой нож.
Множество низеньких домиков, разбросанных
по берегу Терека, который разбегается все шире и шире, мелькали из-за дерев, а дальше синелись зубчатою стеной горы, и из-за них выглядывал Казбек в своей белой кардинальской
шапке.