Неточные совпадения
Мать взглянула в лицо ему — один глаз Исая тускло смотрел в шапку, лежавшую между устало раскинутых ног,
рот был изумленно полуоткрыт, его рыжая бородка торчала вбок. Худое тело с острой головой и костлявым лицом в веснушках стало еще меньше,
сжатое смертью. Мать перекрестилась, вздохнув. Живой, он был противен ей, теперь будил тихую жалость.
Росту она была высокого, лицо имела бледное и смуглое, большие серые глаза под круглыми бровями, окруженные крошечными веснушками, лоб и нос совершенно прямые,
сжатый рот и довольно острый подбородок.
Это были три женщины: рыжая, худенькая, с
сжатым ртом и прищуренными глазами; крупная, заносчивого вида блондинка и третья — бледная, черноволосая, нервного, угловатого сложения.
В нижнем этаже, из крытых сеней с чугунной лестницей он попал в переднюю, где пахло щами. Его встретила пожилая женщина, в короткой душегрейке и в богатом светло-коричневом платке, повязанном по-раскольничьи. Это и была жена попечителя. Несколько чопорное выражение
сжатого рта и глаз без бровей смягчалось общим довольно благодушным выражением.
Неточные совпадения
Обалдуй, весь разнеженный, стоял, глупо разинув
рот; серый мужичок тихонько всхлипывал в уголку, с горьким шепотом покачивая головой; и по железному лицу Дикого-Барина, из-под совершенно надвинувшихся бровей, медленно прокатилась тяжелая слеза; рядчик поднес
сжатый кулак ко лбу и не шевелился…
Женщина улыбнулась, ковыряя песок концом зонтика. Улыбалась она своеобразно: перед тем, как разомкнуть крепко
сжатые губы небольшого
рта, она сжимала их еще крепче, так, что в углах
рта появлялись лучистые морщинки. Улыбка казалась вынужденной, жестковатой и резко изменяла ее лицо, каких много.
Клим тоже посмотрел на лицо ее, полузакрытое вуалью, на плотно
сжатые губы, вот они сжались еще плотней,
рот сердито окружился морщинами, Клим нахмурился, признав в этой женщине знакомую Лютова.
Поп с поспешностию и с какой-то чрезвычайно
сжатой молитвой хватил винную рюмку сладкой водки, взял крошечный верешок хлеба в
рот, погрыз его и в ту же минуту выпил другую и потом уже тихо и продолжительно занялся ветчиной.
То Арапов ругает на чем свет стоит все существующее, но ругает не так, как ругал иногда Зарницын, по-фатски, и не так, как ругал сам Розанов, с сознанием какой-то неотразимой необходимости оставаться весь век в пассивной роли, — Арапов ругался яростно, с пеною у
рта, с
сжатыми кулаками и с искрами неумолимой мести в глазах, наливавшихся кровью; то он ходит по целым дням, понурив голову, и только по временам у него вырываются бессвязные, но грозные слова, за которыми слышатся таинственные планы мировых переворотов; то он начнет расспрашивать Розанова о провинции, о духе народа, о настроении высшего общества, и расспрашивает придирчиво, до мельчайших подробностей, внимательно вслушиваясь в каждое слово и стараясь всему придать смысл и значение.