В комнате было темно и тесно; Кожемякин, задевая за
стулья и столы, бродил по ней, как уставшая мышь в ловушке, и слышал ворчливый голос...
Неточные совпадения
Да
и повёл за собою. Ходит быстро, мелкими шажками, шубёнка у него старенькая
и не по росту, видно, с чужого плеча. Молоденький он, худущий
и смятенный; придя к себе домой, сразу заметался, завертелся недостойно сана, бегает из горницы в горницу,
и то за ним
стул едет, то он рукавом ряски со
стола что-нибудь смахнёт
и всё извиняется...
Шкалик, то
и дело поднимаясь со
стула, медленно, заложив руки за спину, обходит вокруг
стола, оглядывая всё, точно считал — что съедено?
С этим решением, как бы опасаясь утратить его, он быстро
и круто повернул к «Лиссабону», надеясь встретить там мясника,
и не ошибся: отвалясь на спинку
стула, надув щёки, Шкалик сидел за
столом, играя в карты с Никоном. Ни с кем не здороваясь, тяжело топая ногами, Кожемякин подошёл к
столу, встал рядом с Посуловым
и сказал приглушённым голосом...
Трещали
столы и стулья, разбивалась посуда, хрустели черепки, кто-то пронзительно свистел, кто-то схватил Кожемякина за ворот, прищемив
и бороду, тащил его
и орал...
Положимте, что так. // Блажен, кто верует, тепло ему на свете! — // Ах! боже мой! ужли я здесь опять, // В Москве! у вас! да как же вас узнать! // Где время то? где возраст тот невинный, // Когда, бывало, в вечер длинный // Мы с вами явимся, исчезнем тут и там, // Играем и шумим по
стульям и столам. // А тут ваш батюшка с мадамой, за пикетом; // Мы в темном уголке, и кажется, что в этом! // Вы помните? вздрогнём, что скрипнет столик, // дверь…
За лежанкой только и было места, чтоб поставить два
стула и стол, на котором готовился чай, кофе, закуска. Евсей прочно занимал место и за печкой и в сердце Аграфены. На другом стуле заседала она сама.
Неточные совпадения
Гремят отдвинутые
стулья; // Толпа в гостиную валит: // Так пчел из лакомого улья // На ниву шумный рой летит. // Довольный праздничным обедом // Сосед сопит перед соседом; // Подсели дамы к камельку; // Девицы шепчут в уголку; //
Столы зеленые раскрыты: // Зовут задорных игроков // Бостон
и ломбер стариков, //
И вист, доныне знаменитый, // Однообразная семья, // Все жадной скуки сыновья.
Промозглый сырой чулан с запахом сапогов
и онуч гарнизонных солдат, некрашеный
стол, два скверных
стула, с железною решеткой окно, дряхлая печь, сквозь щели которой шел дым
и не давало тепла, — вот обиталище, где помещен был наш <герой>, уже было начинавший вкушать сладость жизни
и привлекать внимание соотечественников в тонком новом фраке наваринского пламени
и дыма.
Стол, кресла,
стулья — все было самого тяжелого
и беспокойного свойства, — словом, каждый предмет, каждый
стул, казалось, говорил: «
И я тоже Собакевич!» или: «
И я тоже очень похож на Собакевича!»
В столовой уже стояли два мальчика, сыновья Манилова, которые были в тех летах, когда сажают уже детей за
стол, но еще на высоких
стульях. При них стоял учитель, поклонившийся вежливо
и с улыбкою. Хозяйка села за свою суповую чашку; гость был посажен между хозяином
и хозяйкою, слуга завязал детям на шею салфетки.
Чичиков схватился со
стула с ловкостью почти военного человека, подлетел к хозяйке с мягким выраженьем в улыбке деликатного штатского человека, коромыслом подставил ей руку
и повел ее парадно через две комнаты в столовую, сохраняя во все время приятное наклоненье головы несколько набок. Служитель снял крышку с суповой чашки; все со
стульями придвинулись ближе к
столу,
и началось хлебанье супа.