Неточные совпадения
Матвей усердно принялся за тетрадку, но её первая страница положила почти неодолимую преграду
умной затее дьячка: ученик, при виде фигурно написанного титула, долго
не мог решиться начать свои записи, боясь испортить красоту тетради. Как-то раз, после долгих приготовлений, он, волнуясь, начал на обороте страницы, где были записаны сентенции...
— Уж дура ли,
умная ли, а такому греху
не потатчица. Чтобы с матерью…
Дворник ловко вертелся под его толчками,
не сводя с Матвея серых, косо поставленных глаз, и посмеивался добродушным,
умным смешком.
Смотрел юноша, как хвастается осень богатствами своих красок, и думал о жизни, мечтал встретить какого-то
умного, сердечного человека, похожего на дьячка Коренева, и каждый вечер откровенно,
не скрывая ни одной мысли, говорить с ним о людях, об отце, Палаге и о себе самом.
— Ты её
не тронь, она — ничего баба! Шакир её вышколил. С бабами — осторожно! Шутки шутками, а бабы своей цены стоят! Жениться захочешь, гляди невест в слободе у нас, наши хоть и нищие, голодные, а
умнее здешних, — это верно!
— «А он дважды сказал — нет, нет, и — помер. Сегодня его торжественно хоронили, всё духовенство было, и оба хора певчих, и весь город. Самый старый и
умный человек был в городе. Спорить с ним
не мог никто. Хоть мне он и
не друг и даже нажёг меня на двести семьдесят рублей, а жалко старика, и когда опустили гроб в могилу, заплакал я», — ну, дальше про меня пошло…
— А
не приставайте —
не совру! Чего она пристаёт, чего гоняет меня, забава я ей? Бог, да то, да сё! У меня лева пятка
умней её головы — чего она из меня душу тянеть? То —
не так, друго —
не так, а мне что? Я свой век прожил, мне наплевать, как там правильно-неправильно. На кладбищу дорога всем известна,
не сам я туда пойду, понесуть;
не бойсь, с дороги
не собьются!
— А как они друг друга едят, и сколь трудно
умному промеж их! — говорил он, понижая голос. — Вот, Маркуша про мужика Натрускина сказывал, — ни одной деревни, наверно, нет, которая бы такого Натрускина со свету
не сжила!
— А у ней глаз вовсе
не глупый, это неправильно считается, она птица
умная!
А пришло другое время, он отметил: «Силу копят
не умом, а дубьём да рублём», «
Не суй бороду близко городу» — замечаете: как будто два народа составляли эти речения, один — смелый,
умный, а другой — хитроват, но как будто пришиблен и немножко подхалим.
— Первее — от глупости, конечно.
Умная жадность делу
не помеха…
— А Захарыч набунтовался — спит, душа! Человек
умный, видал много, чего нам и
не знать. До утра меня манежил, ну — я ему, однако,
не сдался, нет!
— Добра
не будет, нет! Когда хорошим-та людя негде жить, гоняют их, — добра
не будет! Надо, чтобы везде была
умная рука — пусть она всё правит, ей надо власть дать! А
не будет добра людей — ничему
не будет!
— Бог требует от человека добра, а мы друг в друге только злого ищем и тем ещё обильней зло творим; указываем богу друг на друга пальцами и кричим: гляди, господи, какой грешник!
Не издеваться бы нам, жителю над жителем, а посмотреть на все общим взглядом, дружелюбно подумать — так ли живём, нельзя ли лучше как? Я за тех людей
не стою, будь мы
умнее, живи лучше — они нам
не надобны…
— Теперешние ребятишки
умнее нас
не обещают быть; гляжу я на них: игры, песни — те же, что и нами петы, и озорство то же самое.
— И всё это от матерей, от баб. Мало они детям внимания уделяют, растят их
не из любви, а чтоб скорей свой сок из них выжать, да с избытком! Учить бы надо ребят-то, ласковые бы эдакие училища завести, и девчонкам тоже. Миру надобны
умные матери — пора это понять! Вот бы тебе над чем подумать, Матвей Савельев, право! Деньги у тебя есть, а куда тебе их?
— Мужик —
умный, — сказал Никон, усмехаясь. — Забавно мы с ним беседуем иной раз: он мне — хорошая, говорит, у тебя душа, а человек ты никуда
не годный! А я ему — хороший ты человек, а души у тебя вовсе нет, одни руки везде, пар шестнадцать! Смеётся он. Мужик надёжный, на пустяки себя
не разобьёт и за малость
не продаст ни себя, ни другого. Ежели бы он Христа продавал — ограбил бы покупателей, прямо бы и сразу по миру пустил.
Он
не верил ей, качал головой и
не расспрашивал больше: в синих зрачках Любы блестели искры догадливой улыбки, это смущало его, напоминая
умную, скользкую улыбку Евгении.
Жилось ему сносно: здесь не было ни в ком претензии казаться чем-нибудь другим, лучше, выше, умнее, нравственнее; а между тем на самом деле оно было выше, нравственнее, нежели казалось, и едва ли
не умнее. Там, в куче людей с развитыми понятиями, бьются из того, чтобы быть проще, и не умеют; здесь, не думая о том, все просты, никто не лез из кожи подделаться под простоту.
Неточные совпадения
Городничий. Эк куда хватили! Ещё
умный человек! В уездном городе измена! Что он, пограничный, что ли? Да отсюда, хоть три года скачи, ни до какого государства
не доедешь.
Лука Лукич.
Не приведи бог служить по ученой части! Всего боишься: всякий мешается, всякому хочется показать, что он тоже
умный человек.
Так как я знаю, что за тобою, как за всяким, водятся грешки, потому что ты человек
умный и
не любишь пропускать того, что плывет в руки…» (остановясь), ну, здесь свои… «то советую тебе взять предосторожность, ибо он может приехать во всякий час, если только уже
не приехал и
не живет где-нибудь инкогнито…
Осип, слуга, таков, как обыкновенно бывают слуги несколько пожилых лет. Говорит сурьёзно, смотрит несколько вниз, резонер и любит себе самому читать нравоучения для своего барина. Голос его всегда почти ровен, в разговоре с барином принимает суровое, отрывистое и несколько даже грубое выражение. Он
умнее своего барина и потому скорее догадывается, но
не любит много говорить и молча плут. Костюм его — серый или синий поношенный сюртук.
Пей даром сколько вздумаешь — // На славу угостим!..» // Таким речам неслыханным // Смеялись люди трезвые, // А пьяные да
умные // Чуть
не плевали в бороду // Ретивым крикунам.