— Дрых? — сурово
спросил хозяин; жена его, тяжело поднимаясь по лестнице, жаловалась, что я ее простудил, старуха ругалась. В кухне она сразу увидала сожженную свечу и начала допрашивать меня — что я делал.
Неточные совпадения
За утренним чаем меня судили.
Хозяин строго
спрашивал...
Теперь, решив украсть, я вспомнил эти слова, его доверчивую улыбку и почувствовал, как мне трудно будет украсть. Несколько раз я вынимал из кармана серебро, считал его и не мог решиться взять. Дня три я мучился с этим, и вдруг все разрешилось очень быстро и просто;
хозяин неожиданно
спросил меня...
Потом все они сели пить чай, разговаривали спокойно, но тихонько и осторожно. И на улице стало тихо, колокол уже не гудел. Два дня они таинственно шептались, ходили куда-то, к ним тоже являлись гости и что-то подробно рассказывали. Я очень старался понять — что случилось? Но
хозяева прятали газету от меня, а когда я
спросил Сидора — за что убили царя, он тихонько ответил...
Однажды вечером, когда я сидел на крыльце, ожидая
хозяев, ушедших гулять на Откос, а девочка дремала на руках у меня, подъехала верхом ее мать, легко спрыгнула на землю и, вскинув голову,
спросила...
Однажды, когда женщины ушли ко всенощной, а
хозяин по нездоровью остался дома, он
спросил меня...
— Из Осиповки едете, честные господа, аль подале откуда? — сидя на передней скамье,
спросил хозяин у Никифора, тоже залезшего на полати поразогреть себя после такой вьюги.
Неточные совпадения
Хозяин, казалось, сам чувствовал за собою этот грех и тот же час
спросил: «Не побеспокоил ли я вас?» Но Чичиков поблагодарил, сказав, что еще не произошло никакого беспокойства.
— Что, батюшка, слепы-то, что ли? —
спросил ключник. — Эхва! А вить хозяин-то я!
— Как, и это на мой счет? — с изумлением
спросил Обломов. — Это всегда на счет
хозяина делается. Кто же переезжает в неотделанную квартиру?..
Сам
хозяин, однако, смотрел на убранство своего кабинета так холодно и рассеянно, как будто
спрашивал глазами: «Кто сюда натащил и наставил все это?» От такого холодного воззрения Обломова на свою собственность, а может быть, и еще от более холодного воззрения на тот же предмет слуги его, Захара, вид кабинета, если осмотреть там все повнимательнее, поражал господствующею в нем запущенностью и небрежностью.
— Он женится! Хочешь об заклад, что не женится? — возразил он. — Да ему Захар и спать-то помогает, а то жениться! Доселе я ему все благодетельствовал: ведь без меня, братец ты мой, он бы с голоду умер или в тюрьму попал. Надзиратель придет,
хозяин домовый что-нибудь
спросит, так ведь ни в зуб толкнуть — все я! Ничего не смыслит…