Неточные совпадения
Спешу сообщить вам это археологическое сведение, опасаясь, что оно
погибнет от времени.
Много ужасных драм происходило в разные времена с кораблями и на кораблях. Кто ищет в книгах сильных ощущений, за неимением последних в самой жизни, тот найдет большую пищу для воображения в «Истории кораблекрушений», где в нескольких томах собраны и описаны многие случаи замечательных крушений у разных народов.
Погибали на море
от бурь,
от жажды,
от голода и холода,
от болезней,
от возмущений экипажа.
Но никогда гибель корабля не имела такой грандиозной обстановки, как гибель «Дианы», где великолепный спектакль был устроен самой природой. Не раз на судах бывали ощущаемы колебания моря
от землетрясения, — но, сколько помнится, больших судов
от этого не
погибало.
Но и наши не оставались в долгу. В то самое время, когда фрегат крутило и било об дно, на него нанесло напором воды две джонки. С одной из них сняли с большим трудом и приняли на фрегат двух японцев, которые неохотно дали себя спасти, под влиянием строгого еще тогда запрещения
от правительства сноситься с иноземцами. Третий товарищ их решительно побоялся, по этой причине, последовать примеру первых двух и тотчас же
погиб вместе с джонкой. Сняли также с плывшей мимо крыши дома старуху.
Как же: в то время, когда
от землетрясения падали города и селения, валились скалы, гибли дома и люди на берегу, фрегат все держался и из пятисот человек
погиб один!
Неточные совпадения
Его нежданным появленьем, // Мгновенной нежностью очей // И странным с Ольгой поведеньем // До глубины души своей // Она проникнута; не может // Никак понять его; тревожит // Ее ревнивая тоска, // Как будто хладная рука // Ей сердце жмет, как будто бездна // Под ней чернеет и шумит… // «
Погибну, — Таня говорит, — // Но гибель
от него любезна. // Я не ропщу: зачем роптать? // Не может он мне счастья дать».
Клима подавляло обилие противоречий и упорство, с которым каждый из людей защищал свою истину. Человек, одетый мужиком, строго и апостольски уверенно говорил о Толстом и двух ликах Христа — церковном и народном, о Европе, которая
погибает от избытка чувственности и нищеты духа, о заблуждениях науки, — науку он особенно презирал.
— Возвращаясь к Толстому — добавлю: он учил думать, если можно назвать учением его мысли вслух о себе самом. Но он никогда не учил жить, не учил этому даже и в так называемых произведениях художественных, в словесной игре, именуемой искусством… Высшее искусство — это искусство жить в благолепии единства плоти и духа. Не отрывай чувства
от ума, иначе жизнь твоя превратится в цепь неосмысленных случайностей и —
погибнешь!
— А что вы скажете о евреях, которые
погибают на фронтах
от любви к России, стране еврейских погромов?
— Неверно, милостивый государь, культура действительно
погибает, но — не
от механизации жизни, как вы изволили сказать, не
от техники, культурное значение которой, видимо, не ясно вам, —
погибает она
от идиотической психологии буржуазии,
от жадности мещан, торгашей, убивающих любовь к труду.