Сила, ум, цепкая наблюдательность, своеобразная форма, беспощадный реализм всего миропонимания; а рядом с этим склонность к обличениютого, что ему
было не по душе в новом строе общества и литературы, грубоватость приемов, чувственность, чисто русские слабости и пороки — малодушие, себе на уме, приобретательская жилка.
Последнее благословение немного
было не по душе Степану Сидоровичу. Оно должно было пробудить в нем укоры совести, но прося князя, обойти княгиню было нельзя.
Моисею уже давно
было не по душе то нравственное преобладание, которым пользовался в коммуне Полояров, тем более, что смышленый Моисей как нельзя лучше понимал, что все это преобладание, всеми чувствуемое, но въявь никем не признаваемое, построено единственно на беспардонном нахальстве Ардальона, на его наглости, на его громком голосе и на его безапелляционно-авторитетном тоне, которым он решал, что все — дураки и пошляки и никто ничего не знает, не смыслит и не умеет, давая тем самым чувствовать, что умен и сведущ один только он, Ардальон Полояров!
Неточные совпадения
И между тем
душа в ней ныла, // И слез
был полон томный взор. // Вдруг топот!.. кровь ее застыла. // Вот ближе! скачут… и на двор // Евгений! «Ах!» — и легче тени // Татьяна прыг в другие сени, // С крыльца на двор, и прямо в сад, // Летит, летит; взглянуть назад //
Не смеет; мигом обежала // Куртины, мостики, лужок, // Аллею к озеру, лесок, // Кусты сирен переломала, //
По цветникам летя к ручью, // И, задыхаясь, на скамью
Тогда только с соболезнованием узнали, что у покойника
была, точно,
душа, хотя он
по скромности своей никогда ее
не показывал.
Читатель, может
быть, изумляется, что Чичиков доселе
не заикнулся
по части известных
душ.
Решено
было еще сделать несколько расспросов тем, у которых
были куплены
души, чтобы,
по крайней мере, узнать, что за покупки, и что именно нужно разуметь под этими мертвыми
душами, и
не объяснил ли он кому, хоть, может
быть, невзначай, хоть вскользь как-нибудь настоящих своих намерений, и
не сказал ли он кому-нибудь о том, кто он такой.
— Да как вам сказать, Афанасий Васильевич? Я
не знаю, лучше ли мои обстоятельства. Мне досталось всего пя<тьдесят>
душ крестьян и тридцать тысяч денег, которыми я должен
был расплатиться с частью моих долгов, — и у меня вновь ровно ничего. А главное дело, что дело
по этому завещанью самое нечистое. Тут, Афанасий Васильевич, завелись такие мошенничества! Я вам сейчас расскажу, и вы подивитесь, что такое делается. Этот Чичиков…