Неточные совпадения
После
обеда мне позволяли в большой зале играть
час в мячик, прыгать через веревочку, но тихонько, чтоб не разбить зеркал и не топать ногами.
Между тем они трое почти были неразлучны, то есть Райский, бабушка и Марфенька. После чаю он с
час сидел у Татьяны Марковны в кабинете, после
обеда так же, а в дурную погоду — и по вечерам.
Он старался растолкать гостя, но тот храпел. Яков сходил за Кузьмой, и вдвоем
часа четыре употребили на то, чтоб довести Опенкина домой, на противоположный конец города. Так, сдав его на руки кухарке, они сами на другой день к
обеду только вернулись домой.
— Я не хочу, чтоб дома заметили это… Я очень слаба… поберегите меня… — молила она, и даже слезы показались в глазах. — Защитите меня… от себя самой!.. Ужо, в сумерки,
часов в шесть после
обеда, зайдите ко мне — я… скажу вам, зачем я вас удержала…
— Да, она перемогает себя, собирает последние силы! — шептал он, проводив ее наконец домой, где их ждали к
обеду. — Ужо, ужо! — твердил он и ждал шести
часов вечера, когда стемнеет.
После
обеда он уснул в зале от усталости и проснулся, когда только что пробило шесть
часов и стало смеркаться.
Бабушка не решилась оставить его к
обеду при «хороших гостях» и поручила Викентьеву напоить за завтраком, что тот и исполнил отчетливо, так что к трем
часам Опенкин был «готов» совсем и спал крепким сном в пустой зале старого дома.
Татьяна Марковна была с ней ласкова, а Марья Егоровна Викентьева бросила на нее, среди разговора, два, три загадочных взгляда, как будто допрашиваясь: что с ней? отчего эта боль без болезни? что это она не пришла вчера к
обеду, а появилась на минуту и потом ушла, а за ней пошел Тушин, и они ходили целый
час в сумерки!.. И так далее.
Как ни интересно было место, на котором он останавливался, но если на этом месте заставал его
час обеда или сна, он клал книгу переплетом вверх и шел обедать или гасил свечу и ложился спать.
Кроме ряда кабинетов в трактире были две огромные залы, где на
часы обеда или завтрака именитые купцы имели свои столы, которые до известного часа никем не могли быть заняты.
Час обеда приближался, // Топот по двору раздался: // Входят семь богатырей, // Семь румяных усачей. // Старший молвил: «Что за диво! // Все так чисто и красиво. // Кто-то терем прибирал // Да хозяев поджидал. // Кто же? Выдь и покажися, // С нами честно подружися; // Коль ты старый человек, // Дядей будешь нам навек. // Коли парень ты румяный, // Братец будешь нам названый. // Коль старушка, будь нам мать, // Так и станем величать. // Коли красная девица, // Будь нам милая сестрица».
Минул
час обеда, и загремела музыка, по трактирам запели хоры московских песенников родные песни; бешено заголосили и завизжали цыгане, на разные лады повели заморские песни шведки, тирольки и разодетые в пух и прах арфистки, щедро рассыпая заманчивые улыбки каждому «гостю», особенно восточным человекам.
Неточные совпадения
И так они старели оба. // И отворились наконец // Перед супругом двери гроба, // И новый он приял венец. // Он умер в
час перед
обедом, // Оплаканный своим соседом, // Детьми и верною женой // Чистосердечней, чем иной. // Он был простой и добрый барин, // И там, где прах его лежит, // Надгробный памятник гласит: // Смиренный грешник, Дмитрий Ларин, // Господний раб и бригадир, // Под камнем сим вкушает мир.
Уж восемь робертов сыграли // Герои виста; восемь раз // Они места переменяли; // И чай несут. Люблю я
час // Определять
обедом, чаем // И ужином. Мы время знаем // В деревне без больших сует: // Желудок — верный наш брегет; // И кстати я замечу в скобках, // Что речь веду в моих строфах // Я столь же часто о пирах, // О разных кушаньях и пробках, // Как ты, божественный Омир, // Ты, тридцати веков кумир!
Гости слышали, как он заказывал повару
обед; сообразив это, Чичиков, начинавший уже несколько чувствовать аппетит, увидел, что раньше пяти
часов они не сядут за стол.
За два
часа до
обеда Андрей Иванович уходил к себе в кабинет затем, чтобы заняться сурьезно и действительно.
На другой день Чичиков отправился на
обед и вечер к полицеймейстеру, где с трех
часов после
обеда засели в вист и играли до двух
часов ночи.