Неточные совпадения
— Если я не буду чувствовать себя
свободной здесь, то как я ни люблю этот уголок (она с
любовью бросила взгляд вокруг себя), но тогда… уеду отсюда! — решительно заключила она.
На другой день Райский чувствовал себя веселым и
свободным от всякой злобы, от всяких претензий на взаимность Веры, даже не нашел в себе никаких следов зародыша
любви.
Протянулась еще неделя, и скоро должен исполниться месяц глупому предсказанию Марка, а Райский чувствовал себя
свободным «от
любви». В
любовь свою он не верил и относил все к раздражению воображения и любопытства.
Он так торжественно дал слово работать над собой, быть другом в простом смысле слова. Взял две недели сроку! Боже! что делать! какую глупую муку нажил, без
любви, без страсти: только одни какие-то добровольные страдания, без наслаждений! И вдруг окажется, что он, небрежный,
свободный и гордый (он думал, что он гордый!), любит ее, что даже у него это и «по роже видно», как по-своему, цинически заметил это проницательная шельма, Марк!
— Я хочу вашей
любви и отдаю вам свою, вот одно «правило» в
любви — правило
свободного размена, указанное природой.
Неточные совпадения
Штольц смотрел на
любовь и на женитьбу, может быть, оригинально, преувеличенно, но, во всяком случае, самостоятельно. И здесь он пошел
свободным и, как казалось ему, простым путем; но какую трудную школу наблюдения, терпения, труда выдержал он, пока выучился делать эти «простые шаги»!
Все жители Аяна столпились около нас: все благословляли в путь. Ч. и Ф., без сюртуков, пошли пешком проводить нас с версту. На одном повороте за скалу Ч. сказал: «Поглядите на море: вы больше его не увидите». Я быстро оглянулся, с благодарностью, с
любовью, почти со слезами. Оно было сине, ярко сверкало на солнце серебристой чешуей. Еще минута — и скала загородила его. «Прощай,
свободная стихия! в последний раз…»
У него сознание это происходит не из
свободного стремления содействовать общему благу и проистекающего от того чувства
любви и благодарности к той власти, которая несет на себе заботы об этом благе.
А если тайна, то и мы вправе были проповедовать тайну и учить их, что не
свободное решение сердец их важно и не
любовь, а тайна, которой они повиноваться должны слепо, даже мимо их совести.
Он также есть существо
свободное и рабье, склонное к жертве и
любви и к эгоизму, высокое и низкое, несущее в себе образ Божий и образ мира, природного и социального.