Неточные совпадения
— И я не удивлюсь, — сказал Райский, — хоть рясы и не надену, а проповедовать могу — и искренно, всюду, где замечу ложь, притворство, злость —
словом, отсутствие красоты, нужды нет, что сам бываю безобразен… Натура моя отзывается на все, только разбуди нервы — и пойдет играть!.. Знаешь что, Аянов: у меня давно засела серьезная мысль —
писать роман. И я хочу теперь посвятить все свое время на это.
— Я тут тружусь, сижу иногда за полночь,
пишу, считаю каждую копейку: а он рвал! То-то ты ни
слова мне о деньгах, никакого приказа, распоряжения, ничего! Что же ты думал об имении?
— Вот позвольте к
слову спросить, — живо возразил гость, — вы изволили сказать «восточный вопрос», и в газетах поминутно
пишут восточный вопрос: какой это восточный вопрос?
«Я кругом виновата, милая Наташа, что не
писала к тебе по возвращении домой: по обыкновению, ленилась, а кроме того, были другие причины, о которых ты сейчас узнаешь. Главную из них ты знаешь — это (тут три
слова были зачеркнуты)… и что иногда не на шутку тревожит меня. Но об этом наговоримся при свидании.
Райский пришел к себе и начал с того, что списал письмо Веры
слово в
слово в свою программу, как материал для характеристики. Потом он погрузился в глубокое раздумье, не о том, что она
писала о нем самом: он не обиделся ее строгими отзывами и сравнением его с какой-то влюбчивой Дашенькой. «Что она смыслит в художественной натуре!» — подумал он.
Она
написала несколько
слов и запечатала.
Он задумался, а она взяла бумагу, опять
написала карандашом несколько
слов и свернула записку.
— Хорошо, оставайтесь! — прибавила потом решительно, —
пишите ко мне, только не проклинайте меня, если ваша «страсть», — с небрежной иронией сделала она ударение на этом
слове, — и от этого не пройдет! — «А может быть, и пройдет… — подумала сама, глядя на него, — ведь это так, фантазия!»
Вот тебе и драма, любезный Борис Павлович: годится ли в твой роман?
Пишешь ли ты его? Если
пишешь, то сократи эту драму в двух следующих
словах. Вот тебе ключ, или «le mot de l’enigme», [ключ к загадке (фр.).] — как говорят здесь русские люди, притворяющиеся не умеющими говорить по-русски и воображающие, что говорят по-французски.
«Я каждый день бродил внизу обрыва, ожидая тебя по первому письму. Сию минуту случайно узнал, что в доме нездорово, тебя нигде не видать. Вера, приди или, если больна,
напиши скорее два
слова. Я способен прийти в старый дом…»
— Не могу ни
написать ему двух
слов, ни видеть его…
Она задумалась, что сказать. Потом взяла карандаш и
написала те же две строки, которые сказала ему на
словах, не прибавив ничего к прежде сказанным
словам.
Он умерил шаг, вдумываясь в ткань романа, в фабулу, в постановку характера Веры, в психологическую, еще пока закрытую задачу… в обстановку, в аксессуары; задумчиво сел и положил руки с локтями на стол и на них голову. Потом поцарапал сухим пером по бумаге, лениво обмакнул его в чернила и еще ленивее
написал в новую строку, после
слов «Глава I...
Неточные совпадения
Так он
писал темно и вяло // (Что романтизмом мы зовем, // Хоть романтизма тут нимало // Не вижу я; да что нам в том?) // И наконец перед зарею, // Склонясь усталой головою, // На модном
слове идеал // Тихонько Ленский задремал; // Но только сонным обаяньем // Он позабылся, уж сосед // В безмолвный входит кабинет // И будит Ленского воззваньем: // «Пора вставать: седьмой уж час. // Онегин, верно, ждет уж нас».
Он скептик и матерьялист, как все почти медики, а вместе с этим поэт, и не на шутку, — поэт на деле всегда и часто на
словах, хотя в жизнь свою не
написал двух стихов.
— Вот ваше письмо, — начала она, положив его на стол. — Разве возможно то, что вы
пишете? Вы намекаете на преступление, совершенное будто бы братом. Вы слишком ясно намекаете, вы не смеете теперь отговариваться. Знайте же, что я еще до вас слышала об этой глупой сказке и не верю ей ни в одном
слове. Это гнусное и смешное подозрение. Я знаю историю и как и отчего она выдумалась. У вас не может быть никаких доказательств. Вы обещали доказать: говорите же! Но заранее знайте, что я вам не верю! Не верю!..
Ну выкинул ты штуку! // Три года не
писал двух
слов! // И грянул вдруг как с облаков.
Затем следовали изъявления преданности и подпись: «Староста твой, всенижайший раб Прокофий Вытягушкин собственной рукой руку приложил». За неумением грамоты поставлен был крест. «А
писал со
слов оного старосты шурин его, Демка Кривой».