Неточные совпадения
— О
чем ты
думаешь? — раздался слабый голос у него
над ухом. — Дай еще
пить… Да не гляди на меня, — продолжала она, напившись, — я стала ни на
что не похожа! Дай мне гребенку и чепчик, я надену. А то ты… разлюбишь меня,
что я такая… гадкая!..
«Добрый! —
думала она, — собак не бьет! Какая же это доброта, коли он ничего подарить не может! Умный! — продолжала она штудировать его, —
ест третью тарелку рисовой каши и не замечает! Не видит,
что все кругом смеются
над ним! Высоконравственный!..»
— Для какой цели? — повторила она, — а для такой, чтоб человек не засыпал и не забывался, а помнил,
что над ним кто-нибудь да
есть; чтобы он шевелился, оглядывался,
думал да заботился. Судьба учит его терпению, делает ему характер, чтоб поворачивался живо, оглядывался на все зорким глазом, не лежал на боку и делал,
что каждому определил Господь…
Он смотрел мысленно и на себя, как это у него делалось невольно, само собой, без его ведома («и как делалось у всех, —
думал он, — непременно, только эти все не наблюдают за собой или не сознаются в этой, врожденной человеку, черте: одни — только казаться, а другие и
быть и казаться как можно лучше — одни, натуры мелкие — только наружно, то
есть рисоваться, натуры глубокие, серьезные, искренние — и внутренно,
что в сущности и значит работать
над собой, улучшаться»), и вдумывался, какая роль достается ему в этой встрече: таков ли он, каков должен
быть, и каков именно должен он
быть?
— Разумеется, мне не нужно:
что интересного в чужом письме? Но докажи,
что ты доверяешь мне и
что в самом деле дружна со мной. Ты видишь, я равнодушен к тебе. Я шел успокоить тебя, посмеяться
над твоей осторожностью и
над своим увлечением. Погляди на меня: таков ли я, как
был!.. «Ах, черт возьми, это письмо из головы нейдет!» —
думал между тем сам.
Он так торжественно дал слово работать
над собой,
быть другом в простом смысле слова. Взял две недели сроку! Боже!
что делать! какую глупую муку нажил, без любви, без страсти: только одни какие-то добровольные страдания, без наслаждений! И вдруг окажется,
что он, небрежный, свободный и гордый (он
думал,
что он гордый!), любит ее,
что даже у него это и «по роже видно», как по-своему, цинически заметил это проницательная шельма, Марк!
Маргаритов (жмет ему руку). Благодарю, благодарю! Да, вот куда занесла меня судьба. Ты добрый человек, ты меня нашел; а другие бросили, бросили на жертву нищете. Дел серьезных почти нет, перебиваюсь кой-чем; а я люблю большие апелляционные дела, чтоб
было над чем подумать, поработать. А вот на старости лет и дел нет, обегать стали; скучно без работы-то.
Неточные совпадения
Мелькала постоянно во все эти дни у Раскольникова еще одна мысль и страшно его беспокоила, хотя он даже старался прогонять ее от себя, так она
была тяжела для него! Он
думал иногда: Свидригайлов все вертелся около него, да и теперь вертится; Свидригайлов узнал его тайну; Свидригайлов имел замыслы против Дуни. А если и теперь имеет? Почти наверное можно сказать,
что да.А если теперь, узнав его тайну и таким образом получив
над ним власть, он захочет употребить ее как оружие против Дуни?
«И с
чего взял я, —
думал он, сходя под ворота, — с
чего взял я,
что ее непременно в эту минуту не
будет дома? Почему, почему, почему я так наверно это решил?» Он
был раздавлен, даже как-то унижен. Ему хотелось смеяться
над собою со злости… Тупая, зверская злоба закипела в нем.
—
Что ж это такое? — вслух сказал он в забывчивости. — И — любовь тоже… любовь? А я
думал,
что она как знойный полдень, повиснет
над любящимися и ничто не двигается и не дохнет в ее атмосфере; и в любви нет покоя, и она движется все куда-то, вперед, вперед… «как вся жизнь», говорит Штольц. И не родился еще Иисус Навин, который бы сказал ей: «Стой и не движись!»
Что ж
будет завтра? — тревожно спросил он себя и задумчиво, лениво пошел домой.
Во время службы я прилично плакал, крестился и кланялся в землю, но не молился в душе и
был довольно хладнокровен; заботился о том,
что новый полуфрачек, который на меня надели, очень жал мне под мышками,
думал о том, как бы не запачкать слишком панталон на коленях, и украдкою делал наблюдения
над всеми присутствовавшими.
В эту минуту я тоже
думал,
что лучше бы
было головку,
чем то,
над чем я трудился.