Неточные совпадения
Солнце там ярко
и жарко светит около полугода
и потом удаляется оттуда
не вдруг, точно нехотя, как будто оборачивается назад взглянуть еще
раз или
два на любимое место
и подарить ему осенью, среди ненастья, ясный, теплый день.
Задумывается ребенок
и все смотрит вокруг: видит он, как Антип поехал за водой, а по земле, рядом с ним, шел другой Антип, вдесятеро больше настоящего,
и бочка казалась с дом величиной, а тень лошади покрыла собой весь луг, тень шагнула только
два раза по лугу
и вдруг двинулась за гору, а Антип еще
и со двора
не успел съехать.
Это случалось периодически один или
два раза в месяц, потому что тепла даром в трубу пускать
не любили
и закрывали печи, когда в них бегали еще такие огоньки, как в «Роберте-дьяволе». Ни к одной лежанке, ни к одной печке нельзя было приложить руки: того
и гляди, вскочит пузырь.
— Какой дурак, братцы, — сказала Татьяна, — так этакого поискать! Чего, чего
не надарит ей? Она разрядится, точно пава,
и ходит так важно; а кабы кто посмотрел, какие юбки да какие чулки носит, так срам посмотреть! Шеи по
две недели
не моет, а лицо мажет… Иной
раз согрешишь, право, подумаешь: «Ах ты, убогая! надела бы ты платок на голову, да шла бы в монастырь, на богомолье…»
Написав несколько страниц, он ни
разу не поставил
два раза который; слог его лился свободно
и местами выразительно
и красноречиво, как в «оны дни», когда он мечтал со Штольцем о трудовой жизни, о путешествии.
Но когда однажды он понес поднос с чашками
и стаканами, разбил
два стакана
и начал, по обыкновению, ругаться
и хотел бросить на пол
и весь поднос, она взяла поднос у него из рук, поставила другие стаканы, еще сахарницу, хлеб
и так уставила все, что ни одна чашка
не шевельнулась,
и потом показала ему, как взять поднос одной рукой, как плотно придержать другой, потом
два раза прошла по комнате, вертя подносом направо
и налево,
и ни одна ложечка
не пошевелилась на нем, Захару вдруг ясно стало, что Анисья умнее его!
Гулять с молодым человеком, с франтом — это другое дело: она бы
и тогда
не сказала ничего, но с свойственным ей тактом, как-нибудь незаметно установила бы другой порядок: сама бы пошла с ними
раз или
два, послала бы кого-нибудь третьего,
и прогулки сами собою бы кончились.
Он сел к столу
и начал писать быстро, с жаром, с лихорадочной поспешностью,
не так, как в начале мая писал к домовому хозяину. Ни
разу не произошло близкой
и неприятной встречи
двух которых
и двух что.
— Вот видите:
и я верю в это, — добавила она. — Если же это
не так, то, может быть,
и я разлюблю вас, может быть, мне будет больно от ошибки
и вам тоже; может быть, мы расстанемся!.. Любить
два, три
раза… нет, нет… Я
не хочу верить этому!
Да наконец, если б она хотела уйти от этой любви — как уйти? Дело сделано: она уже любила,
и скинуть с себя любовь по произволу, как платье, нельзя. «
Не любят
два раза в жизни, — думала она, — это, говорят, безнравственно…»
Он был лет сорока, с прямым хохлом на лбу
и двумя небрежно на ветер пущенными такими же хохлами на висках, похожими на собачьи уши средней величины. Серые глаза
не вдруг глядели на предмет, а сначала взглядывали украдкой, а во второй
раз уж останавливались.
Сколько соображений — все для Обломова! Сколько
раз загорались
два пятна у ней на щеках! Сколько
раз она тронет то тот, то другой клавиш, чтоб узнать,
не слишком ли высоко настроено фортепьяно, или переложит ноты с одного места на другое!
И вдруг нет его! Что это значит?
— У нас, в Обломовке, этак каждый праздник готовили, — говорил он
двум поварам, которые приглашены были с графской кухни, — бывало, пять пирожных подадут, а соусов что, так
и не пересчитаешь!
И целый день господа-то кушают,
и на другой день. А мы дней пять доедаем остатки. Только доели, смотришь, гости приехали — опять пошло, а здесь
раз в год!
— Зато покойно, кум; тот целковый, тот
два — смотришь, в день рублей семь
и спрятал. Ни привязки, ни придирки, ни пятен, ни дыму. А под большим делом подпишешь иной
раз имя, так после всю жизнь
и выскабливаешь боками. Нет, брат,
не греши, кум!
Не видала она себя в этом сне завернутою в газы
и блонды на
два часа
и потом в будничные тряпки на всю жизнь.
Не снился ей ни праздничный пир, ни огни, ни веселые клики; ей снилось счастье, но такое простое, такое неукрашенное, что она еще
раз, без трепета гордости,
и только с глубоким умилением прошептала: «Я его невеста!»
Неточные совпадения
«Ну, что соседки? Что Татьяна? // Что Ольга резвая твоя?» // — Налей еще мне полстакана… // Довольно, милый… Вся семья // Здорова; кланяться велели. // Ах, милый, как похорошели // У Ольги плечи, что за грудь! // Что за душа!.. Когда-нибудь // Заедем к ним; ты их обяжешь; // А то, мой друг, суди ты сам: //
Два раза заглянул, а там // Уж к ним
и носу
не покажешь. // Да вот… какой же я болван! // Ты к ним на той неделе зван. —
«Теперь сходитесь». // Хладнокровно, // Еще
не целя,
два врага // Походкой твердой, тихо, ровно // Четыре перешли шага, // Четыре смертные ступени. // Свой пистолет тогда Евгений, //
Не преставая наступать, // Стал первый тихо подымать. // Вот пять шагов еще ступили, //
И Ленский, жмуря левый глаз, // Стал также целить — но как
раз // Онегин выстрелил… Пробили // Часы урочные: поэт // Роняет молча пистолет.
Шутить он
не любил
и двумя городами
разом хотел заткнуть глотку всем другим портным, так, чтобы впредь никто
не появился с такими городами, а пусть себе пишет из какого-нибудь «Карлсеру» или «Копенгара».
Подошедши к бюро, он переглядел их еще
раз и уложил, тоже чрезвычайно осторожно, в один из ящиков, где, верно, им суждено быть погребенными до тех пор, покамест отец Карп
и отец Поликарп,
два священника его деревни,
не погребут его самого, к неописанной радости зятя
и дочери, а может быть,
и капитана, приписавшегося ему в родню.
В доме его чего-нибудь вечно недоставало: в гостиной стояла прекрасная мебель, обтянутая щегольской шелковой материей, которая, верно, стоила весьма недешево; но на
два кресла ее недостало,
и кресла стояли обтянуты просто рогожею; впрочем, хозяин в продолжение нескольких лет всякий
раз предостерегал своего гостя словами: «
Не садитесь на эти кресла, они еще
не готовы».