Неточные совпадения
Несмотря на все эти причуды, другу
его, Штольцу, удавалось вытаскивать
его в люди; но Штольц часто отлучался из Петербурга
в Москву,
в Нижний,
в Крым, а потом и за границу — и без
него Обломов опять ввергался весь по уши
в свое одиночество и уединение, из которого могло
его вывести только что-нибудь необыкновенное, выходящее из
ряда ежедневных явлений жизни; но подобного ничего не было и не предвиделось впереди.
Горы там как будто только модели тех страшных где-то воздвигнутых гор, которые ужасают воображение. Это
ряд отлогих холмов, с которых приятно кататься, резвясь, на спине или, сидя на
них, смотреть
в раздумье на заходящее солнце.
Да и
в самом Верхлёве стоит, хотя большую часть года пустой, запертой дом, но туда частенько забирается шаловливый мальчик, и там видит
он длинные залы и галереи, темные портреты на стенах, не с грубой свежестью, не с жесткими большими руками, — видит томные голубые глаза, волосы под пудрой, белые, изнеженные лица, полные груди, нежные с синими жилками руки
в трепещущих манжетах, гордо положенные на эфес шпаги; видит
ряд благородно-бесполезно
в неге протекших поколений,
в парче, бархате и кружевах.
И воображают, несчастные, что еще
они выше толпы: «Мы-де служим, где, кроме нас, никто не служит; мы
в первом
ряду кресел, мы на бале у князя N, куда только нас пускают»…
Но человек подал
ему чашку чаю и поднос с кренделями.
Он хотел подавить
в себе смущение, быть развязным и
в этой развязности захватил такую кучу сухарей, бисквитов, кренделей, что сидевшая с
ним рядом девочка засмеялась. Другие поглядывали на кучу с любопытством.
Обломов отправился на Выборгскую сторону, на новую свою квартиру. Долго
он ездил между длинными заборами по переулкам. Наконец отыскали будочника; тот сказал, что это
в другом квартале,
рядом, вот по этой улице — и
он показал еще улицу без домов, с заборами, с травой и с засохшими колеями из грязи.
«Ах, скорей бы кончить да сидеть с ней
рядом, не таскаться такую даль сюда! — думал
он. — А то после такого лета да еще видеться урывками, украдкой, играть роль влюбленного мальчика… Правду сказать, я бы сегодня не поехал
в театр, если б уж был женат: шестой раз слышу эту оперу…»
— Ты опять «другие»? Смотри! — сказал
он, погрозив пальцем. — Другие
в двух, много
в трех комнатах живут: и столовая и гостиная — все тут; а иные и спят тут же; дети
рядом; одна девка на весь дом служит. Сама барыня на рынок ходит! А Ольга Сергеевна пойдет на рынок?
Он хотел испугать Захара и испугался сам больше
его, когда вникнул
в практическую сторону вопроса о свадьбе и увидел, что это, конечно, поэтический, но вместе и практический, официальный шаг к существенной и серьезной действительности и к
ряду строгих обязанностей.
Часто погружались
они в безмолвное удивление перед вечно новой и блещущей красотой природы.
Их чуткие души не могли привыкнуть к этой красоте: земля, небо, море — все будило
их чувство, и
они молча сидели
рядом, глядели одними глазами и одной душой на этот творческий блеск и без слов понимали друг друга.
Обе
они одеты каждая сообразно достоинству своего сана и должностей. У хозяйки завелся большой шкаф с
рядом шелковых платьев, мантилий и салопов; чепцы заказывались на той стороне, чуть ли не на Литейной, башмаки не с Апраксина, а из Гостиного двора, а шляпка — представьте, из Морской! И Анисья, когда отстряпает, а особенно
в воскресенье, надевает шерстяное платье.
Деятельность русской церкви, несмотря на весь тот внешний лоск современности, учености, духовности, который ее члены теперь начинают принимать в своих сочинениях, статьях, в духовных журналах и проповедях, состоит только в том, чтобы не только держать народ в том состоянии грубого и дикого идолопоклонства, в котором он находился, но еще усиливать и распространять суеверие и религиозное невежество, вытесняя из народа живущее
в нем рядом с идолопоклонством жизненное понимание христианства.
Неточные совпадения
Он весел был. Чрез две недели // Назначен был счастливый срок. // И тайна брачныя постели // И сладостной любви венок //
Его восторгов ожидали. // Гимена хлопоты, печали, // Зевоты хладная чреда //
Ему не снились никогда. // Меж тем как мы, враги Гимена, //
В домашней жизни зрим один //
Ряд утомительных картин, // Роман во вкусе Лафонтена… // Мой бедный Ленский, сердцем
он // Для оной жизни был рожден.
Ей нравится порядок стройный // Олигархических бесед, // И холод гордости спокойной, // И эта смесь чинов и лет. // Но это кто
в толпе избранной // Стоит безмолвный и туманный? // Для всех
он кажется чужим. // Мелькают лица перед
ним, // Как
ряд докучных привидений. // Что, сплин иль страждущая спесь //
В его лице? Зачем
он здесь? // Кто
он таков? Ужель Евгений? // Ужели
он?.. Так, точно
он. // — Давно ли к нам
он занесен?
Полицеймейстер, точно, был чудотворец: как только услышал
он,
в чем дело,
в ту ж минуту кликнул квартального, бойкого малого
в лакированных ботфортах, и, кажется, всего два слова шепнул
ему на ухо да прибавил только: «Понимаешь!» — а уж там,
в другой комнате,
в продолжение того времени, как гости резалися
в вист, появилась на столе белуга, осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросольная, селедки, севрюжки, сыры, копченые языки и балыки, — это все было со стороны рыбного
ряда.
По этой причине
он всякий раз, когда Петрушка приходил раздевать
его и скидавать сапоги, клал себе
в нос гвоздичку, и во многих случаях нервы у
него были щекотливые, как у девушки; и потому тяжело
ему было очутиться вновь
в тех
рядах, где все отзывалось пенником и неприличьем
в поступках.
— Нет, вы не так приняли дело: шипучего мы сами поставим, — сказал председатель, — это наша обязанность, наш долг. Вы у нас гость: нам должно угощать. Знаете ли что, господа! Покамест что, а мы вот как сделаем: отправимтесь-ка все, так как есть, к полицеймейстеру;
он у нас чудотворец:
ему стоит только мигнуть, проходя мимо рыбного
ряда или погреба, так мы, знаете ли, так закусим! да при этой оказии и
в вистишку.