Неточные совпадения
Почему слышится и
раздается немолчно
в ушах твоя тоскливая, несущаяся по всей длине и ширине твоей, от моря до моря, песня?
Чичиков, чинясь, проходил
в дверь боком, чтоб дать и хозяину пройти с ним вместе; но это было напрасно: хозяин бы не прошел, да его уж и не было. Слышно было только, как
раздавались его речи по двору: «Да что ж Фома Большой? Зачем он до сих пор не здесь? Ротозей Емельян, беги к повару-телепню, чтобы потрошил поскорей осетра. Молоки, икру, потроха и лещей
в уху, а карасей —
в соус. Да раки, раки! Ротозей Фома Меньшой, где же раки? раки, говорю, раки?!» И долго раздавалися всё — раки да раки.
Высоко нес он голову, ровным неспешным шагом ступал, идя к Марье Гавриловне. Потупя взоры, нетвердой поступью, ровно сам не в себе, возвращался в кельи игуменьи. Много женских взоров из келейных окон на пригожего молодца было кинуто, весело щебетали промеж себя, глядя на него, девицы. Ничего не видал, ничего не слыхал Алексей. Одно «до свиданья»
раздавалось в ушах его.
Как сквозь сон теперь вспоминаю, что вдруг
раздался в ушах моих густой, тяжелый колокольный звон, и я с наслаждением стал к нему прислушиваться.
Мать, которой, без сомнения, наскучили наши печальные лица, очень этому обрадовалась и старалась еще более развеселить нас; сама предложила нам пойти удить на мельницу, которая находилась в нескольких десятках шагов, так что шум воды, падающей с мельничных колес, и даже гуденье жерновов
раздавалось в ушах и заставляло нас говорить громче обыкновенного.
Изредка покажется монах, как привидение, весь в черном, мерно и плавно пройдет мимо и скроется куда-нибудь в коридор здания, но шаги его еще долго
раздаются в ушах, вторимые эхом.
Неточные совпадения
Они слышали своим
ухом весь бесчисленный мир насекомых, наполнявших траву, весь их треск, свист, стрекотанье, — все это звучно
раздавалось среди ночи, очищалось
в свежем воздухе и убаюкивало дремлющий слух.
Но
в это самое мгновенье оба вдруг услыхали пронзительный свист, который как будто стегнул их по
уху, и оба вдруг схватились за ружья, и две молнии блеснули, и два удара
раздались в одно и то же мгновение. Высоко летевший вальдшнеп мгновенно сложил крылья и упал
в чащу, пригибая тонкие побеги.
Она летела прямо на него: близкие звуки хорканья, похожие на равномерное наддирание тугой ткани,
раздались над самым
ухом; уже виден был длинный нос и шея птицы, и
в ту минуту, как Левин приложился, из-за куста, где стоял Облонский, блеснула красная молния; птица, как стрела, спустилась и взмыла опять кверху.
Базаров тихонько двинулся вперед, и Павел Петрович пошел на него, заложив левую руку
в карман и постепенно поднимая дуло пистолета… «Он мне прямо
в нос целит, — подумал Базаров, — и как щурится старательно, разбойник! Однако это неприятное ощущение. Стану смотреть на цепочку его часов…» Что-то резко зыкнуло около самого
уха Базарова, и
в то же мгновенье
раздался выстрел. «Слышал, стало быть ничего», — успело мелькнуть
в его голове. Он ступил еще раз и, не целясь, подавил пружинку.
Я думал прихлопнуть ночных забияк и не раз издали, тихонько целился ладонью
в темноте: бац — больно — только не комару, и вслед за пощечиной
раздавалось опять звонкое пение: комар юлил около другого
уха и пел так тихо и насмешливо.