Кувшинников, который сидел возле меня, — «Вот, говорит, брат, попользоваться бы насчет
клубнички!» Одних балаганов, я думаю, было пятьдесят.
Сойдется, например, десять англичан, они тотчас заговорят о подводном телеграфе, о налоге на бумагу, о способе выделывать, крысьи шкуры, то есть о чем-нибудь положительном, определенном; сойдется десять немцев, ну, тут, разумеется, Шлезвиг-Гольштейн и единство Германии явятся на сцену; десять французов сойдется, беседа неизбежно коснется"
клубнички", как они там ни виляй; а сойдется десять русских, мгновенно возникает вопрос, — вы имели случай сегодня в том убедиться, — вопрос о значении, о будущности России, да в таких общих чертах, от яиц Леды, бездоказательно, безвыходно.
Если бы я вздумала пуститься в сочинительство, я бы начала роман вроде этих"Liaisons dangereuses"и каждую из наших барынь поставила бы в курьезное положение по части
клубнички, как выражается Домбрович.
Во время утренних своих слоняний с визитами по Семиозерску Митенька, как знаток по части
клубнички, не мог не заметить, что город обладает в изобилии самыми разнообразными, «charmants minois», [Очаровательными мордочками (фр.).] которые, однако ж, вследствие неряшества и домоседства, кажутся заспанными и даже словно беременными.