Прокурор по общественному положению, по
служебным отношениям, по пуговицам на мундире должен быть врагом губернатора, по крайней мере, во всем перечить ему.
Алексей Александрович сочувствовал гласному суду в принципе, но некоторым подробностям его применения у нас он не вполне сочувствовал, по известным ему высшим
служебным отношениям, и осуждал их, насколько он мог осуждать что-либо высочайше утвержденное. Вся жизнь его протекла в административной деятельности и потому, когда он не сочувствовал чему-либо, то несочувствие его было смягчено признанием необходимости ошибок и возможности исправления в каждом деле.
Миропа Дмитриевна при этом не то что задумалась, а только подумала и сообразила; все
служебные отношения мужа она знала и понимала в тысячу раз подробнее и точнее, чем он сам.
Кто знает
служебные отношения, тот поймет, конечно, что сделать подобное представление, не предварив даже начальника губернии, была дерзость и явное желание нанести неприятность правителю канцелярии, который был, как все знали, правая рука и вторая душа губернатора в управлении.
Прежде всего — это были люди незнатные, люди безвестного происхождения, значит возвышение их оскорбляло родовую боярскую спесь, и в
служебных отношениях с ними легко могли откликнуться местнические счеты.
Неточные совпадения
Он, этот умный и тонкий в
служебных делах человек, не понимал всего безумия такого
отношения к жене. Он не понимал этого, потому что ему было слишком страшно понять свое настоящее положение, и он в душе своей закрыл, запер и запечатал тот ящик, в котором у него находились его чувства к семье, т. е. к жене и сыну. Он, внимательный отец, с конца этой зимы стал особенно холоден к сыну и имел к нему то же подтрунивающее
отношение, как и к желе. «А! молодой человек!» обращался он к нему.
Окончив курсы в гимназии и университете с медалями, Алексей Александрович с помощью дяди тотчас стал на видную
служебную дорогу и с той поры исключительно отдался
служебному честолюбию. Ни в гимназии, ни в университете, ни после на службе Алексей Александрович не завязал ни с кем дружеских
отношений. Брат был самый близкий ему по душе человек, но он служил по министерству иностранных дел, жил всегда за границей, где он и умер скоро после женитьбы Алексея Александровича.
Это беспечное
отношение к
служебным обязанностям было, однако ж, со стороны Грустилова большою ошибкою.
Искусство, посвящая себя религии, сделалось ее ancilla, играя
служебную роль, а
отношение к нему было утилитарное, хотя и в самом высшем смысле.
По одному из них юнкеру, находящемуся под арестом и выпускаемому в роту для
служебных занятий, советовалось не говорить со свободными товарищами и вообще не вступать с ними ни в какие неделовые
отношения, дабы не дать ротному командиру и курсовым офицерам возможности заподозрить, что юнкера могут делать что-нибудь тайком, исподтишка, прячась.