Неточные совпадения
Какая была
цель тюремного начальства скрывать от него это — неизвестно, но ему сказали, что он отправляется
с отходящим этапом только за полчаса до его отправления.
Бывал же я у них просто так, от нечего делать, и если был у меня какой-либо замысел, то только призанять у них денег и
с этой-то
целью я начал ухаживать за младшею дочерью Наденькой.
После его ухода Николаю Герасимовичу вскоре принесли все, что он просил, и кроме этого еще
целую миску вкусного борща сговядиной, который ему послал смотритель от себя, что убедило наглядно Савина, что знакомство
с прокурором в его положении, вещь далеко не бесполезная.
С этой
целью Николай Герасимович завел разговор
с сидевшим рядом
с ним за обедом капитаном парохода и стал его расспрашивать о курсе парохода, о заходах его в какие-либо порты, о близости берегов или каких-либо островов и так далее, и узнал от него, что «Корнилов» идет прямо до Одессы, не заходя ни в какие порты, и рейс его вдали от берегов. В одном только месте, близ устья Дуная, он проходит в недалеком расстоянии от румынского берега и единственного имеющегося в Черном море острова.
Кофе давали цикорный,
с небольшим количеством молока, но без сахару. Сахар можно было покупать на свои деньги. Одновременно
с кофе давали паек хлеба
с фунт весом, на
целый день.
В эти-то поездки в суд Николай Герасимович и виделся
с Мадлен де Межен, которую впускали в ту же комнату, где он находился, и где они прекрасно проводили время
целый день.
Фрик привез
с собою
целую кипу разных документов и выписок, относящихся к делу, чтобы познакомить
с ними Николая Герасимовича и установить план защиты.
Правда, в сообщении этом говорится, что в присланной фотография есть некоторое сходство
с Савиным, но между сходством и утвердительным признанием личности
целая пропасть, а мы не можем предположить, чтобы русские власти, разыскивающие и преследующие Савина, не знали бы его, или не нашли бы лиц, знающих его настолько, чтобы дать положительный ответ.
В благополучном исходе его дела в России, то есть в его оправдании судом по всем возводимым на него обвинениям он не сомневался ни минуты, но до этого суда и дня его освобождения была
целая бездна — долгие месяцы тюрьмы и связанная
с ними разлука
с той, в которой было все его блаженство, все его счастие, вся его жизнь.
Темнорусые волосы, искусно завитые, красивое, выразительное, немного смуглое лицо, дерзкий взгляд — в общем, во всем ее существе, было мало женственности, разве только маленький ротик
с белыми, как слоновая кость, зубами, как бы созданный для
поцелуев.
— Не набрасывайтесь опять, как сумасшедший! Марья Павловна все еще боится вас из-за прошлой сцены… Надо идти к
цели постепенно. Рим построен не в один день, ни одно дерево не падает
с первого удара топора. Заметьте это.
Матильда Руга осталась вдвоем
с Ольгой Ивановной, нежно взяла ее под руку и
с участием истинного друга расспрашивала о
цели ее отъезда.
Как сейчас вижу ее кроткую улыбку,
с которою она наклонялась, чтобы
поцеловать меня и сказать, что я ее единственная радость, единственное утешение.
— В день похорон неожиданно вернулся из Петербурга отец. Должно быть, он был потрясен глубоко. Он опустился перед гробом на колени и со слезами
целовал холодную руку покойницы.
С этой минуты мы не разлучались. Казалось, он хотел вознаградить меня за все зло, которое сделал моей матери.
Отец проводил
целые ночи
с ним вдвоем и
с каждым днем становился все мрачнее и мрачнее.
Бесстрастный представитель обвинения, опираясь на текст статей закона, нарушенных подсудимым, требует его обвинения, а следовательно, и соединенного
с ним изгнания из того общества, которое еще вчера чуть не носило его на руках и не
целовало следов от его ног, обутых в щегольские ботинки.
Но перефразируем слова Суворова: «Сегодня уменье, завтра уменье, необходимо и счастье». И вот когда это счастье отвернется от «опытного дельца» или
целой компании дельцов — банка — то является преступление, а вместо поклона и почета — жалоба прокурорскому надзору и обвинение
с пеной у рта в присвоении и растрате.
— Люба, ты куда спешишь? Разве так здороваются
с отцом? Подойди,
поцелуй меня, моя девочка.
— Так я умру
с тобою!.. — воскликнул Неелов,
целуя ее в полуоткрытые губы.
Приманка оказалась действенною. Иван Корнильевич увлекся и проводил очень часто
с Клодиной, как звали девушку у полковницы,
целые часы в одном из будуаров.
Самый вид жилища горячо любимого им существа, казалось, вносил,
с одной стороны, успокоение в его измученное сердце, а,
с другой, между тем поднимал в нем
целую бурю.
— Я люблю свое горе! — прошептала она, закрывая глаза. Он потерял голову и
с безумною страстью
целовал полуоткрытые губы.
— Ну, так слушайте. Мы сейчас из Петровского парка. Экипажей там и дам
целые миллионы. Богатство — умопомраченье. Красавиц — не перечесть… Вдруг вижу несется коляска, которой позавидовала бы любая владетельная особа: кучер и лакей — загляденье, кони — львы. А в коляске сидят две дамы — одна, точно сказочная царица, другая поскромнее… Поровнялись они
с нами, и… о, боги!.. Вторая оказалась Любовь Аркадьевной!
Он стал обнимать жену и
с невыразимой нежностью
целовал ее.
Цель эта между тем была во что бы то ни стало пробраться в Россию и хотя присутствием
с «несчастным другом» в одном городе ободрить и утешить его, доказав ему, что обещания следовать за ним даже в «холодную Сибирь» — не были
с ее стороны пустыми словами.
Молодая женщина рассказала, как она сделалась артисткой
с единственной
целью попасть в Петербург.
Графиня Надежда Корнильевна сидела у себя в будуаре среди
целой груды полотна, батиста и кружев и
с нежными мечтами женщины, впервые готовящейся быть матерью, рассматривала крошечные рубашечки, чепчики и остальные принадлежности для новорожденного.
Вошел граф Петр Васильевич и, нежно
поцеловав у жены руку, опустился рядом
с ней на диван.
— А какой у тебя здесь беспорядок… — рассмеялся граф Петр Васильевич, оглядывая комнату, но, мгновенно поняв в чем было дело, еще раз
с глубокой нежностью
поцеловал руку Надежды Корнильевны.
— Он был бледен, как полотно, и сидел, как приговоренный к смерти. Выбрав удобную минуту, он ушел. Несомненно, что это дело его рук и, быть может, даже не
с одной
целью свалить на Дмитрия Павловича свою вину он подсовывал ему ключи…
— Ничего, родной, ничего, это
с радости… Не выдержала…
Поцелуй свою невесту…
Случайная встреча
с Верой Семеновной Усовой, роль, которую Николай Герасимович сыграл относительно этой девочки-ребенка на вечере у ее матери, плохо скрытое едва вышедшей из подростка девочкой увлечение им, ее спасителем от этих наглых светских хлыщей разного возраста — все это создало в уме Савина
целую перспективу нового романа, героиня которого была наделена им всеми возможными и невозможными для женщины качествами.
Вера не только перестала его дичиться, но
с охотою беседовала
с ним по
целым часам.
Влияние Капитолины Андреевны вскоре сказалось. Молодая женщина стала мотать деньги направо и налево, как бы
с затаенной
целью вконец разорить своего обожателя.
Неточные совпадения
Он в том покое поселился, // Где деревенский старожил // Лет сорок
с ключницей бранился, // В окно смотрел и мух давил. // Всё было просто: пол дубовый, // Два шкафа, стол, диван пуховый, // Нигде ни пятнышка чернил. // Онегин шкафы отворил; // В одном нашел тетрадь расхода, // В другом наливок
целый строй, // Кувшины
с яблочной водой // И календарь осьмого года: // Старик, имея много дел, // В иные книги не глядел.
Их дочки Таню обнимают. // Младые грации Москвы // Сначала молча озирают // Татьяну
с ног до головы; // Ее находят что-то странной, // Провинциальной и жеманной, // И что-то бледной и худой, // А впрочем, очень недурной; // Потом, покорствуя природе, // Дружатся
с ней, к себе ведут, //
Целуют, нежно руки жмут, // Взбивают кудри ей по моде // И поверяют нараспев // Сердечны тайны, тайны дев.
Блажен, кто смолоду был молод, // Блажен, кто вовремя созрел, // Кто постепенно жизни холод //
С летами вытерпеть умел; // Кто странным снам не предавался, // Кто черни светской не чуждался, // Кто в двадцать лет был франт иль хват, // А в тридцать выгодно женат; // Кто в пятьдесят освободился // От частных и других долгов, // Кто славы, денег и чинов // Спокойно в очередь добился, // О ком твердили
целый век: // N. N. прекрасный человек.
Час от часу плененный боле // Красами Ольги молодой, // Владимир сладостной неволе // Предался полною душой. // Он вечно
с ней. В ее покое // Они сидят в потемках двое; // Они в саду, рука
с рукой, // Гуляют утренней порой; // И что ж? Любовью упоенный, // В смятенье нежного стыда, // Он только смеет иногда, // Улыбкой Ольги ободренный, // Развитым локоном играть // Иль край одежды
целовать.
Им овладело беспокойство, // Охота к перемене мест // (Весьма мучительное свойство, // Немногих добровольный крест). // Оставил он свое селенье, // Лесов и нив уединенье, // Где окровавленная тень // Ему являлась каждый день, // И начал странствия без
цели, // Доступный чувству одному; // И путешествия ему, // Как всё на свете, надоели; // Он возвратился и попал, // Как Чацкий,
с корабля на бал.