Неточные совпадения
— А я тут, молясь, вот что надумал… Недаром это, сам
Господь вразумил меня… Пойдем-ка мы с тобой, горбун, по святым местам, может
Господь сподобит на Афон пробраться, вещи-то, что снял, пожертвуем во храм Божий на помин души болярыни… может знаешь,
как имя-то…
Хотя аббат Верто в своей книге отвергал все легендарные сказания, переходившие без всякой проверки через длинный ряд веков, от одного поколения к другому, и говорившие о непосредственном участии
Господа и святых угодников,
как в военных подвигах, так и в обиходных делах мальтийского рыцарского ордена, юный читатель именно и воспламенял свой ум таинственною стороною истории рыцарского ордена, и верил, несмотря на сомнительный тон самого автора, во все чудеса, совершенные будто бы свыше во славу и на пользу этого духовно воинственного учреждения.
Павел Семенович побледнел
как полотно и вдруг захохотал. Этот странный хохот навел панический ужас на сбежавшую прислугу. Она испуганными глазами глядела на
барина, продолжавшего свой неистовый и дикий хохот. Догадались послать за Карлом Богдановичем.
Последний знал все его привычки, он был ему положительно необходим, при том же непостоянен и влюбчив. Увлечение Франей пройдет и тогда он снова будет на стороне своего «красавца-барина»,
как звал Степан за глаза, а иногда и в глаза Виктора Павловича.
— Да
как же
барин, очень чудно…
Меблировка комнат, довольно обширных и чистых, если не многочисленных, то совершенно достаточных для таких семейств,
как семейство Похвисневых, была более чем прилична, а главное — все было в порядке, под руками, и хозяйство, с помощью крепостных слуг, прибывших из Москвы вместе с
господами, с первого же дня жизни в домике пошло,
как бы о заведенному издавна порядку.
Вся обстановка этого дома была выписана Иваном Павловичем из Парижа и представляла образец изящной роскоши. Ее вечерние приемы были блестящи и многолюдны. Приглашения на чашку чая после театра добивались,
как милости тогдашние вельможи и
бары.
Мучимые жаждою богатства,
господа эти позволяют себе все, чтобы его достигнуть, а так
как высокие места доставляют для того более средств, обеспечивая безнаказанность, то они и стремятся к получению должностей, из которых можно извлекать разные выгоды.
— Я вхожу сюда, — сказал Павел Петрович окружавшим его лицам, — не так,
как входил со мною в Брюнне император Иосиф в монастырь этих почтенных
господ. Первое слово императора было; «Эту комнату взять для больных, эту — для госпитальной провизии». Потом он приказал привести к нему настоятеля монастыря, и когда тот явился, обратился к нему с вопросом: «Когда же вы удалитесь отсюда?» Я же, — заключил государь, — поступаю совершенно иначе, хотя я еретик, а Иосиф был римско-католический император.
Когда Родзевич окончил чтение молитв, граф показал ему вервие, бич, гвоздь, столб и крест, объяснив,
какое значение имели эти предметы при страданиях
Господа нашего Иисуса Христа.
— Каприз капризу рознь,
господин аббат, — задыхаясь от внутреннего волнения, сказала она. — Женщина женщине также, да я с вами и не говорю,
как женщина, а
как человек, который предлагает вам сделать дело, которое не могли сделать вы, и сделать в несколько дней, но за это ставит свои непременные условия, которые не могут считаться капризом… Если вам не угодно принять мои услуги, то я не навязываюсь… Пусть Оленин женится на Похвисневой…
Катька-то тогда по одиннадцатому году осталась, мать с год
как умерла, сирота значит. Девочка-картинка, не только вся дворня, все приезжие
господа заглядывались.
Барин в ней и в детях души не чаял; только порой запивал люто. Стал снова Пахомыч парикмахером при
барине, на прежнем положении, только теперь брил-то с оглядкою, не порезать
как бы неровен час.
Брат-то горбун в согласии, родителей у них не было, на погосте лежали давно, только
как к
барину приступиться — этого никак Андрей Пахомыч не придумает.
Как бросится ему в ноги
барин и слезами залился горючими.
На
барина он взглянул: сидит,
как каменный, не шелохнется и голова повисла на грудь,
как у мертвого. Жаль стало ему вдруг Петра Александровича и словно сорвались с языка несуразные.
В ключницы, не успел Пахомыч
как следует пораздумать и поклониться
барину, на брак испросить согласия, Аннушку пожаловали.
Кровь фонтаном брызнула, горячая кровь, руки ему ошпарила. А с души, с души точно тяжесть
какая свалилась и легко ему в ту пору стало. Отскочил он вовремя, только на руках кровь и осталася. Обтер он их об халат
барина, вышел из кабинета и запер на ключ, а ключ с собой взял.
Казимир Нарцисович был очень доволен, так
как за время жизни у Белоярцевых, успел привыкнуть к этому камердинеру, знавшему его привычки и успевшему приноровиться к характеру
барина.
Всю дорогу он был весел необыкновенно, посвистывал, наигрывал губами, приставивши ко рту кулак, как будто играл на трубе, и наконец затянул какую-то песню, до такой степени необыкновенную, что сам Селифан слушал, слушал и потом, покачав слегка головой, сказал: «Вишь ты,
как барин поет!» Были уже густые сумерки, когда подъехали они к городу.
Неточные совпадения
Но уж темнеет вечер синий, // Пора нам в оперу скорей: // Там упоительный Россини, // Европы баловень — Орфей. // Не внемля критике суровой, // Он вечно тот же, вечно новый, // Он звуки льет — они кипят, // Они текут, они горят, //
Как поцелуи молодые, // Все в неге, в пламени любви, //
Как зашипевшего аи // Струя и брызги золотые… // Но,
господа, позволено ль // С вином равнять do-re-mi-sol?
Но наконец сапоги были сняты;
барин разделся
как следует и, поворочавшись несколько времени на постеле, которая скрыпела немилосердно, заснул решительно херсонским помещиком.
Случись же так, что,
как нарочно, в то время, когда
господа чиновники и без того находились в затруднительном положении, пришли к губернатору разом две бумаги.
Сказавши это, старик вышел. Чичиков задумался. Значенье жизни опять показалось немаловажным. «Муразов прав, — сказал он, — пора на другую дорогу!» Сказавши это, он вышел из тюрьмы. Часовой потащил за ним шкатулку, другой — чемодан белья. Селифан и Петрушка обрадовались,
как бог знает чему, освобожденью
барина.
Уже более недели приезжий
господин жил в городе, разъезжая по вечеринкам и обедам и таким образом проводя,
как говорится, очень приятно время.