Неточные совпадения
Дома, еще и
до поступления в пансион, и во
время пансионского курса (она, как потом и сестра, была приходящей), Анна Ивановна напевала ей в уши, что она красавица и при
этом забавляла ее, по ее мнению, невинными рассказами о блеске, туалетах и роскошной жизни ее тетки Зинаиды Павловны за границей, еще
до замужества.
Жених и невеста вышли из кабинета. В
этот же вечер было решено
до времени не объявлять о помолвке, а написать дяде и сестре в Шестово. Княжна Лида принялась писать письма. Князь со своей стороны написал брату. Письма были отправлены с тем же нарочным, который был прислан в город князем Александром Павловичем заказать номер в гостинице «Гранд-Отель» и уведомить князя Дмитрия о визите к нему Николая Леопольдовича Гиршфельда.
Наряду с нравственной пыткой, которую за последнее
время переносил Шатов, пыткой, дошедшей
до своего апогея после описанной нами последней беседы с глазу на глаз с княжной Маргаритой Дмитриевной, другой близкий Антону Михайловичу человек также страдал и страданиям его также не виделось исхода.
Этот человек был Иван Павлович Карнеев.
В
это время до чуткого уха Маргариты Дмитриевны донеслись тихие шаги ее сестры, подходившей к двери гостиной.
Она снова поникла головой, и слезы полились из ее глаз. Долгое
время она плакала молча. Вдруг она с неимоверною силою ударила себя в грудь и громко, навзрыд зарыдала. Она всеми силами старалась удержать свои слезы, но
этого ей не удавалось: накипевшее горе рвалось наружу и не в ее силах было скрыть его. Но вот она
до боли прикусила нижнюю губу и овладела таки собой.
Пикантное личико вновь появившейся у княгини камеристки — нельзя сказать, чтобы не пробудило грешных мыслей в уме падкого на счет клубнички Гиршфельда, но занятый в
это время обдумыванием более серьезных планов, он отложил
до времени их осуществление. Грубые же заигрывания его с Александриной наедине встретили с ее стороны такой энергичный, полный собственного достоинства отпор, что заставили Николая Леопольдовича призадуматься и более не повторять их.
— Я бы попросил вас остаться здесь
до поры
до времени; по окончании всего
этого печального дела я сделаю надлежащее распоряжение, жалованье ваше будет идти вам по-прежнему, может быть вам нужны деньги?
В
этом появившемся лишь года за два
до описываемого нами
времени центре старушки-Москвы уголке Петербурга господствовало день и ночь необычайное для Белокаменной оживление, благодаря открытому в тех же Петровских линиях фешенебельному Татарскому ресторану, также по петербургскому образцу.
Перед ней, на маленьком, низеньком столике, стоял серебряный кофейник, такая же сахарница и недопитая чашка севрского фарфора на серебряном подносе. Она по
временам пила из нее маленькими глотками, при чем движение ее руки, в откинутом рукаве утреннего капота, давало возможность видеть
эту полненькую ручку, покрытую легким пушком, почти всю
до плеча.
Он взглянул на часы: было без десяти минут пять. Страдавший и так за последнее
время отсутствием аппетита, Николай Леопольдович в
этот день почти совсем не дотронулся
до обеда. Мысль о таинственной посетительнице не давала ему покоя.
— Так
до завтра, в
это же
время! — сказала она и протянула ему руку.
Одно немного беспокоило Стешу: муж ее за последнее
время стал выпивать. С приездом же отца
эти выпивки стали чаще, так как старик любил «царапнуть» по-сибирски, а сын был всегда его усердным компаньоном. По вечерам за рюмочкой начинал всегда Флегонт Никитич свои любопытные, нескончаемые рассказы о Сибири, о тамошней жизни и службе. Стеше, надо сознаться, надоели таки порядком
эти рассказы старика за графинчиком, но раз
до ее слуха долетела знакомая фамилия — Шатов, и она вся превратилась в слух.
— Этой-то надежды я вам и не дам. За будущее не ручаюсь: может быть
это и будет так, смотря по вашему поведению относительно меня, а
до тех пор я для вас не Александрина, а Александра Яковлевна, а вы один из моих поклонников, как артистки, и то новичок, которого я
до поры
до времени могу держать в черном теле. Вот мои условия. Принимаете ли вы их? Если да, то поговорим о подробностях; если же нет — прощайте…
Я состою уже давно его поверенным, но его жизнь, в особенности за последнее
время, его неимоверные траты денег заставляют меня опасаться, что если его родственники не положат
этому предел просьбою отдать его под опеку за расточительность, он может в скором
времени оказаться нищим и, не привыкнув ни к какому труду, не получив почти никакого образования, может дойти
до преступления.
Эти векселя также нашли себе
до времени уголок в несгораемом шкафу оборотистого адвоката.
Теперь они —
эти люди-акулы добираются
до добытого им за последнее
время, путем ловко обдуманных комбинаций и всевозможного рода ухищрений.
Этим достигалось то, что опекунские суммы, находившиеся в руках Гиршфельда,
до времени могли быть не сданы, в виду невозможности вручить указ опекуну Князеву.
Неточные совпадения
Но мы стали говорить довольно громко, позабыв, что герой наш, спавший во все
время рассказа его повести, уже проснулся и легко может услышать так часто повторяемую свою фамилию. Он же человек обидчивый и недоволен, если о нем изъясняются неуважительно. Читателю сполагоря, рассердится ли на него Чичиков или нет, но что
до автора, то он ни в каком случае не должен ссориться с своим героем: еще не мало пути и дороги придется им пройти вдвоем рука в руку; две большие части впереди —
это не безделица.
—
Это бы еще слава богу, — сказал Плюшкин, — да лих-то, что с того
времени до ста двадцати наберется.
Чтобы наконец потом, со
временем, вкусить непременно все
это, вот для чего береглась копейка, скупо отказываемая
до времени и себе и другому.
На
это Чичиков <подумал>: «Ну, вряд ли выберется такое
время. Вот я выучился грамоте, а „Графиня Лавальер“
до сих пор еще не прочитана».
— Благородный молодой человек! — сказал он, с слезами на глазах. — Я все слышал. Экой мерзавец! неблагодарный!.. Принимай их после
этого в порядочный дом! Слава Богу, у меня нет дочерей! Но вас наградит та, для которой вы рискуете жизнью. Будьте уверены в моей скромности
до поры
до времени, — продолжал он. — Я сам был молод и служил в военной службе: знаю, что в
эти дела не должно вмешиваться. Прощайте.