Неточные совпадения
Сынок откупщика, которому его пассия уже успела приесться, был не особенно тронут ее коварной изменой и, пожуировав несколько времени с пикантными француженками, спокойно
уехал в любезное отечество, женился на
дочери одного московского коммерческого туза и зажил в первопрестольной столице.
Оправившись от болезни, он тотчас же
уехал в Россию, но увы, опоздал. Приехав в Т., он княжны уже там не застал, не застал ее в Москве, где получил о ней известие от смотрителя и ее «исповедь» от его
дочери.
Дела после князя Василия оказались в большом беспорядке. Княгиня Зоя Александровна, потрясенная смертью мужа и появлением у его гроба Александрины, отправилась вместе с
дочерью, княгиней Анной Шестовой, и внуком, сыном последней, по предписанию докторов, лечиться за границу. Они
уехали в самом конце зимы и располагали вернуться через год. Они звали с собой и сына, но он наотрез отказался и остался один в громадном княжеском доме.
Самое тяжелое положение получалось там, где семьи делились: или выданные замуж
дочери уезжали в орду, или уезжали семьи, а дочери оставались. Так было у старого Коваля, где сноха Лукерья подняла настоящий бунт. Семья, из которой она выходила замуж, уезжала, и Лукерья забунтовала. Сначала она все молчала и только плакала потихоньку, а потом поднялась на дыбы, «як ведмедица».
Больной с повышенной температурой, под дождем и ветром, он рано утром с другом-доктором и
дочерью уезжает на лошадях за восемнадцать верст в Козельск, там садится в поезд, чтобы пробраться в Ростов.
Неточные совпадения
Плюшкин приласкал обоих внуков и, посадивши их к себе одного на правое колено, а другого на левое, покачал их совершенно таким образом, как будто они ехали на лошадях, кулич и халат взял, но
дочери решительно ничего не дал; с тем и
уехала Александра Степановна.
— Знаю я, что если тебя слушать, перебила княгиня, — то мы никогда не отдадим
дочь замуж. Если так, то надо в деревню
уехать.
Он показал на мою сестру, говорит: «Это чья же?» А Анна Трофимовна говорит: «Внучка моя, дочернина.
Дочь с господами
уехала, мне оставила».
Поболтав с
дочерью, с Климом, он изругал рабочих, потом щедро дал им на чай и
уехал куда-то, а Лидия ушла к себе наверх, притаилась там, а за вечерним чаем стала дразнить Таню Куликову вопросами:
Поблагодарив хозяйку за давно не испытанное им наслаждение, Нехлюдов хотел уже прощаться и
уезжать, когда
дочь хозяйки с решительным видом подошла к нему и, краснея, сказала: