Неточные совпадения
Большинство такого
рода молодых людей так и остается до конца дней живота своего подающими надежды, некоторые из них вскоре обращаются
в безнадежных. Но Николай Леопольдович был из молодых да ранний, и с первого взгляда на него можно было, не будучи пророком, предсказать, что он не пропадет и спокойно дойдет до раз им намеченной цели… Цель эта, впрочем, вся исчерпывалась рефреном известных куплетов...
На этом дубе по преданию, удавился один из отдаленных предков князей Шестовых и
в княжеском семействе сохранилась легенда, что перед каждым несчастием, грозящим княжескому
роду, старого князя видят
в полночь, сидящим на скамейке.
Скромная действительность, ее окружавшая, казалась ей лишь временным искусом, долженствующим прекратиться не нынче — завтра при появлении какого-нибудь маркиза, кавалера де-Мезон-Руж, или чего-нибудь
в этом
роде.
В небольшой столовой за столом, уставленным разного
рода домашним печеньем, с кипевшим прекрасно вычищенным томпаковым самоваром-вазой,
в кресле на колесах, сидел князь Дмитрий Павлович Шестов и какой-то молодой, скромно одетый, выразительный брюнет.
Прием у старшей и младшей представительниц славного
рода князей Шестовых был назначен
в разные дни.
Приехал Шатов ранее обыкновенного. Его встретила
в гостиной княжна Маргарита. Завязался разговор, начавшийся с разного
рода злоб дня и городских происшествий.
Ум человеческий не мог допустить возможности чистосердечного раскаяния для такого «изверга человеческого
рода», как называли княжну
в Т. Не могли только разрешить вопроса — с какою целью совершила она эти преступления, какие мотивы руководили ею?
Тихо, едва слышно, ответила подсудимая на обычные вопросы председателя о звании, имени и отчестве, летах и
роде занятий. Началось чтение коротенького обвинительного акта. Упавшим почти до шепота голосом, побудившим председателя, предлагавшего ей вопросы, просить ее несколько раз говорить громче, признала себя княжна виновною
в обоих приписываемых ей преступлениях и повторила свое показание, данное у следователя.
Попадались, впрочем, и каменные дома, на них обязательно находились вывески: «Водочный завод» или что-нибудь
в этом
роде и красовались доски с еврейскими фамилиями владельцев.
Первые были увешаны калачами, витушками, а
в корзинках, стоящих у их ног, была всякая снедь, яйца, огурцы, кедровые шишки, сера[
Род древесной смолы, которую жуют
в Сибири, как предохранительное средство от цинги.] и прочее; тут же стояли бутылки с молоком, сливками; мужчины предлагали колбасу, рыбу вяленую и свежую и бутылочный квас.
— Кровь, батюшка! Ничего не поделаешь!.. — объяснял он знакомым неудачную карьеру сына. Весь
в меня… Против крови, как против
рода, нечего прати…
Прослужив несколько лет у такой барыни, как княгиня Зинаида Павловна Шестова, Стеша привыкла к довольству, приобрела известного
рода лоск
в обращении и была барыней
в полном смысле этого слова.
Баснословный богач, или по крайней мере считаемый таковым, представитель древнего княжеского
рода, чуть не потомок Рюрика, князь Шестов был завидным женихом
в той среде, где богатством и происхождением исчерпывается весь человек.
Несколько метких замечаний и громких фраз последнего, брошенных
в кратковременном разговоре, так понравились недалекому по уму отпрыску древнего
рода князей Шестовых, что он, разгоряченный к тому же винными парами, начал умолять своего нового знакомца разделить с ними компанию, на что тот, поломавшись для вида и изрек несколько высокопарных демократических сентенций, согласился.
Он припал к ней горячим поцелуем. Она долго не отнимала ее.
В ее сердце закралась было жалость к этому гибнущему из-за нее юноше, но она переломила себя. Враждебное чувство к
роду Гариных с новой силой проснулось
в побочной дочери князя Ивана.
Он когда-то служил
в военной службе, прокутил до нитки отцовское достояние, вышел
в отставку и с тех пор не имел определенных занятий, питаясь перед встречей с Николаем Леопольдовичем писанием разного
рода просьб темному люду, для чего и бродил около Иверских ворот и слонялся по коридору окружного суда, не брезгуя и прошением милостыни pour le panvre officier…
После ухода Стефании Павловны, Гиршфельд приказал позвать к себе
в кабинет Александра Алексеевича. Он оказался дома и не замедлил явиться, одетый во все черное. Гиршфельд спокойно объяснил ему, какого
рода услугу он от него ожидает, заметив вскользь, что Сироткин мешает его любовной интриге с Стефанией Павловной.
Такие, или
в таком
роде, разговоры вел он сам с собою — почти ежедневно.
Подобного
рода обширные городские усадьбы еще и теперь, хотя редко, встречаются на окраинах Белокаменной, где пока не всякий вершок городской земли перешел
в руки спекулятивных строителей, ухитряющихся чуть не на ладони строить Эйфелевы башни с тонкими, дрожащими от уличной езды стенами и множеством квартир «со всеми удобствами». Для домохозяев, прибавим мы вскользь.
Он подделался всеми правдами и неправдами к одному московскому старичку-сановнику, запросто бывавшему у графини, представил ему, что ее сиятельство настойчиво отказываясь уделить ему несколько свободных минут, делает это
в ущерб славы ее
рода, которой грозит опасность померкнуть, и сановник убедил графиню принять неведомого радетеля ее семейной чести.
— Князь Сергий, — так называла она старичка-сановника, — убедил меня принять и выслушать вас, хотя и не
в моих правилах принимать незнакомых; для деловых же разговоров у меня есть главноуправляющий моими имениями, но как из полученного мною вашего письма, так и из слов князя Сергия, я к удивлению моему узнала, что дело касается будто бы славы моего
рода, моей фамильной чести…
—
Род князей Шестовых окончился со смертью моего покойного батюшки, — сурово поглядела она не него, — мои братья Дмитрий и Александр были князьями только бумагам, первый женился на какой-то польской жидовке, прижил с ней двух дочерей, из которых младшая умерла чуть не накануне своей свадьбы с каким-то докторишкой, а старшая сослана
в каторжную работу за отравление брата Александра и его третьей жены. Достойная племянница достойных этой смерти дяди и теки.
— Второй, Александр, — отвечала она, — при посредстве двух жен породнился чуть не со всеми московскими лабазниками и, наконец, женился
в третий раз на женщине, назвать которую ее настоящим именем я даже не решаюсь и которая вместе с ним сделалась жертвою своей племянницы — дочери польской жидовки. Какое же отношение могу иметь я к этому новому, чуждому для меня, испозоренному по судам
роду князей Шестовых.
— Я решил, жалея князя и охраняя честь его
рода от еще большого позора, передать все это вашему сиятельству, не зная, что ваше сиятельство,
в силу не бывших до сих пор мне известными семейных отношений, не признаете его вашим родственников.
— Этого я сам
в точности допытаться не мог, — серьезно отвечал Гиршфельд. — Управляющий ее и поверенный, а может быть и еще более близкий человек, некто Савицкий, объяснил мне, что графиня решилась бесповоротно на такой шаг для охранения от окончательного разорения
рода князей Шестовых, из которого происходит и она. Мне, впрочем, сдается, скажу более, я почти уверен, что всем этим орудует господин Савицкий, который, как кажется, столкнулся с вашим тестюшкой.
С невыразимой нежностью поглядывал Николай Леопольдович на полки своего несгораемого шкафа, где
в образцовом порядке были сложены приобретенные им пятипроцентные банковые билеты и разного
рода акции и облигации.
— Я умираю, ты остаешься единственной опорой твоей матери, единственным представителем
рода князей Гариных. Надеюсь, что эти важные обязанности,
в связи с просьбой своего умирающего отца, заставят тебя изменить твою жизнь, а пойти иным, более достойным носимого тобою имени жизненным путем.
Неточные совпадения
Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи
в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати
родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (замечу мимоходом) // Не мог понять, как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав //
В сем случае совсем неправ.
Но, может быть, такого
рода // Картины вас не привлекут: // Всё это низкая природа; // Изящного не много тут. // Согретый вдохновенья богом, // Другой поэт роскошным слогом // Живописал нам первый снег // И все оттенки зимних нег; // Он вас пленит, я
в том уверен, // Рисуя
в пламенных стихах // Прогулки тайные
в санях; // Но я бороться не намерен // Ни с ним покамест, ни с тобой, // Певец финляндки молодой!
Все были такого
рода, которым жены
в нежных разговорах, происходящих
в уединении, давали названия: кубышки, толстунчика, пузантика, чернушки, кики, жужу и проч.
— Но знаете ли, что такого
рода покупки, я это говорю между нами, по дружбе, не всегда позволительны, и расскажи я или кто иной — такому человеку не будет никакой доверенности относительно контрактов или вступления
в какие-нибудь выгодные обязательства.
Он думал отыскать
в нем свойства самого хозяина, — как по раковине можно судить, какого
рода сидела
в ней устрица или улитка.