Не забыл он, конечно, и того, что семья фон Зееманов
жила в доме, принадлежавшем прежде Хомутовым, на 6 линии Васильевского острова, и жила своею особою замкнутою жизнью, и в их гостиной собирался тесный интимный кружок близких знакомых и сослуживцев Антона Антоновича.
Неточные совпадения
Впрочем, граф и на самом деле бывал
в своем
доме лишь наездом,
живя за последнее время постоянно
в Грузине, имении, лежавшем на берегу Волхова,
в Новгородской губернии, подаренном ему вместе с 2500 душ крестьян императором Павлом и принадлежавшем прежде князю Меньшикову. Даже
в свои приезды
в Петербург он иногда останавливался не
в своем
доме, а
в Зимнем дворце, где ему было всегда готово помещение.
Анна Павловна, оставшись после смерти ее отца и матери, совершенно разорившихся при жизни, круглой сиротою, была взята Дарьей Алексеевной, у которой
прожила с тринадцати до двадцати лет, влюбилась
в какого-то грузинского князя, который увез ее из
дома тетки, обманул и вскоре бросил.
— После смерти матери ты выдашь мне верящее письмо на управление всеми своими делами и
домом, и имением, квартиру нашу мы разделим, и я займу заднюю половину, мы с тобой, таким образом, не будем расставаться,
в глазах же света будет весьма естественно, что ты как девушка не можешь
жить одна и пригласила к себе своего ближайшего родственника.
Он, понятно, не только не знал их отношений, но и того, что этот, родственник
живет в ее
доме, так как Сергей Дмитриевич избегал встречи с могущественным обожателем своей кузины.
Она
жила в своем маленьком имении близ Тихвина, но почасту и подолгу приезжала гостить на Васильевский остров,
в доме Лидии Павловны фон Зееман.
На другой же день она поехала к Елизавете Федоровне Аракчеевой, но узнала от хозяина
дома, где она
жила, что старушка переехала на постоянное жительство
в Тихвин; Ольга Николаевна послала ей длинное письмо, но оно осталось без ответа, доставив Хвостовой около месяца маленькой надежды.
На воспоминаниях своего детства, когда он
жил до поступления
в корпус
в доме этой тетушки, Евгений Николаевич останавливался с особенными подробностями и удовольствием.
С восьми лет Миша Шумский начал
жить вместе со своей мнимой матерью более
в Петербурге,
в доме графа на Литейной.
К числу таких
домов принадлежал и
дом Ольги Николаевны Хвостовой,
в котором, как мы знаем,
жила Агния Павловна Хрущева — несчастная мать не менее несчастного сына.
— Да, к Хвостовой… Насколько я могла добиться от несчастной,
в минуты, когда на нее дорогой находило нечто вроде сознания, ее мать зовут Ольгой Николаевной и она
живет в собственном
доме на Сивцевом Вражке.
В Москве он не остановился
в своем
доме, который отдавал внаймы, а пристал на постоялом дворе, на Тверской-Ямской, откуда и совершал таинственные путешествия на Тверскую к генерал-губернаторскому
дому и на Сивцев Вражек, где вел не менее таинственные переговоры с дворниками
дома, где
жила графиня Аракчеева, — он узнал ее адрес от Петра Петровича Власова — и
дома Хвостовой.
Жизнь других наших московских героев, за описанное нами время, не представляла ничего выходящего из обыденной рамки. Они
жили в том же тесном кружке и делились теми же им одним понятными и дорогими интересами. Самоубийство Хрущева, конечно, достигло до
дома фон Зееманов, и вся «петербургская колония», как шутя называл Андрей Павлович Кудрин себя, супругов фон Зееманов и Зарудина, искренно пожалела молодого человека.
— Я Родион Романыч Раскольников, бывший студент, а
живу в доме Шиля, здесь в переулке, отсюда недалеко, в квартире нумер четырнадцать. У дворника спроси… меня знает. — Раскольников проговорил все это как-то лениво и задумчиво, не оборачиваясь и пристально смотря на потемневшую улицу.
«Поярков», — признал Клим, входя в свою улицу. Она встретила его шумом работы, таким же, какой он слышал вчера. Самгин пошел тише, пропуская в памяти своей жильцов этой улицы, соображая: кто из них может строить баррикаду? Из-за угла вышел студент, племянник акушерки, которая раньше
жила в доме Варвары, а теперь — рядом с ним.
Неточные совпадения
«Увидеть барский
дом нельзя ли?» — // Спросила Таня. Поскорей // К Анисье дети побежали // У ней ключи взять от сеней; // Анисья тотчас к ней явилась, // И дверь пред ними отворилась, // И Таня входит
в дом пустой, // Где
жил недавно наш герой. // Она глядит: забытый
в зале // Кий на бильярде отдыхал, // На смятом канапе лежал // Манежный хлыстик. Таня дале; // Старушка ей: «А вот камин; // Здесь барин сиживал один.
В этом
доме жила искренняя приятельница приехавшей дамы.
— Направо, — сказал мужик. — Это будет тебе дорога
в Маниловку; а Заманиловки никакой нет. Она зовется так, то есть ее прозвание Маниловка, а Заманиловки тут вовсе нет. Там прямо на горе увидишь
дом, каменный,
в два этажа, господский
дом,
в котором, то есть,
живет сам господин. Вот это тебе и есть Маниловка, а Заманиловки совсем нет никакой здесь и не было.
Видно было, что хозяин приходил
в дом только отдохнуть, а не то чтобы
жить в нем; что для обдумыванья своих планов и мыслей ему не надобно было кабинета с пружинными креслами и всякими покойными удобствами и что жизнь его заключалась не
в очаровательных грезах у пылающего камина, но прямо
в деле.
— Сударыня! здесь, — сказал Чичиков, — здесь, вот где, — тут он положил руку на сердце, — да, здесь пребудет приятность времени, проведенного с вами! и поверьте, не было бы для меня большего блаженства, как
жить с вами если не
в одном
доме, то, по крайней мере,
в самом ближайшем соседстве.