Мы живем не для того, чтобы творить добро, как живем не для того, чтобы бороться, любить, есть или спать. Мы творим добро, боремся, едим, любим, потому что живем. И поскольку мы в этом живем, поскольку это есть проявление жизни, постольку не может быть и самого вопроса «зачем?».
Какая «бронза» хороша? Какая нужна жестокость? Заратустра говорит: «Что такое добро, и что такое зло, этого еще не знает никто — разве только творящий. А это — тот, кто творит цель для человека, кто дает земле ее смысл и ее будущее. Этот впервые творит условия, при которых что-нибудь становится добром или злом».
Но — боже мой! Где же вокруг видел Ницше этих добрых и мягких? Чему они помешали, что задержали? Кто творил вокруг Ницше реальную жизнь? Бисмарк и Лассаль, Ротшильд и Маркс, Наполеон III и Гарибальди, Галлифе и Бланки, Абдул-Гамид и Биконсфильд, Муравьев-Виленский и Чернышевский, Победоносцев и Желябов, — какие всё «мягкие»! Какие всё «добрые»! Неужели вправду величайшею угрозою для века этих людей был… Диккенс, что ли?
Будучи от природы весьма обыкновенных умственных и всяких других душевных качеств, она всю жизнь свою стремилась раскрашивать себя и представлять, что она была женщина и умная, и добрая, и с твердым характером; для этой цели она всегда говорила только о серьезных предметах, выражалась плавно и красноречиво, довольно искусно вставляя в свою речь витиеватые фразы и возвышенные мысли, которые ей удавалось прочесть или подслушать; не жалея ни денег, ни своего самолюбия, она входила в знакомство и переписку с разными умными людьми и, наконец, самым публичным образом творила добрые дела.
Тот, кто обожает высшего, у того гордость исчезает из сердца так же, как свет костра при свете солнца. Тот, чье сердце чисто и в ком нет гордости, кто кроток, постоянен и прост, кто смотрит на всякое существо, как на своего друга, и любит каждую душу, как свою, кто одинаково обращается с каждым с нежностью и любовью, кто желает творить добро и оставил тщеславие, — в сердце того человека живет владыка жизни.
Конь иногда сбивает седока, // Сын у отца не вечно в полной воле. // Лишь строгостью мы можем неусыпной // Сдержать народ. Так думал Иоанн, // Смиритель бурь, разумный самодержец, // Так думал и его свирепый внук. // Нет, милости не чувствует народ: // Твори добро — не скажет он спасибо; // Грабь и казни — тебе не будет хуже.
— Картина ваша очень подвинулась с тех пор, как я последний раз видел ее. И как тогда, так и теперь меня необыкновенно поражает фигура Пилата. Так понимаешь этого человека, доброго, славного малого, но чиновника до глубины души, который не ведает, что творит. Но мне кажется…
— Дело доброе, — несколько спокойнее молвила Марья Ивановна. — И вперед не невольте: хочет — выходи замуж, не хочет, пускай ее в девицах остается. Сейчас вы от Писания сказали, и я вам тоже скажу от Писания: «Вдаяй браку, деву доброетворит, а не вдаяй лучше творит». Что на это скажете?
Юность моя, юность во мне ощутилась, // В разум приходила, слезно говорила: // «Кто добра не хочет, кто худа желает? // Разве змей соперник, добру ненавистник! // Сама бы я рада — силы моей мало, // Сижу на коне я, а конь не обуздан, // Смирить коня нечем — вожжей в руках нету. // По горам по хóлмам прямо конь стрекает, // Меня разрывает, ум мой потребляет, // Вне ума бываю, творю что, не знаю. // Вижу я погибель, страхом вся объята, // Не знаю, как быти, как коня смирити…»
ТВОРИ́ТЬ1, -рю́, -ри́шь; несов., перех. (сов. сотворить). 1.также без доп. Создавать, созидать в процессе творчества (какие-л. материальные или духовные ценности).
Создать язык невозможно, ибо его творит народ; филологи только открывают его законы и приводят их в систему, а писатели только творят на нем сообразно с сими законами.
ТВОРИ́ТЬ1, -рю́, -ри́шь; несов., перех. (сов. сотворить). 1.также без доп. Создавать, созидать в процессе творчества (какие-л. материальные или духовные ценности).