Итак, «воскресение первое», о котором говорит Апокалипсис, представляет собой до известной степени
противоположность тому, о чем идет речь в «проекте» Федорова как о трудовом, постепенном воскрешении: там предполагается, по всей видимости, воскресение душевно-духовное, но еще не телесное, здесь же именно телесное, и только телесное, которое, однако, будто бы должно явиться и духовным. И вполне позволительно поставить вопрос: следует ли стремиться к такому воскрешению?
Неточные совпадения
Не следует бояться логической
противоположности этих признаков, ибо
то, что ими выражается, в своем живом процессе гибче и пластичнее, нежели угловатые, неподвижные логические определения.
Но, чувствуя Бога, человек
тем самым ощущает себя в «мире», другими словами, для него открывается основная религиозная антитеза, неизменно сопровождающая религиозную жизнь, —
противоположность Бога и мира.
Что вы знаете или мните о природе вещей, лежит далеко в стороне от области религии: воспринимать в нашу жизнь и вдохновляться в этих воздействиях (вселенной) и в
том, что они пробуждают в нас, всем единичным не обособленно, а в связи с целым, всем ограниченным не в его
противоположности иному, а как символом бесконечного — вот что есть религия; а что хочет выйти за эти пределы и, напр., глубже проникнуть в природу и субстанцию вещей, есть уже не религия, а некоторым образом стремится быть наукой…
В этом своеобразная парадоксия религиозного восприятия: будучи из всех жизненных актов наиболее индивидуальным, лично выстраданным, лично обусловленным, оно в
то же время оказывается и наиболее универсальным — явный знак
того, что между индивидуальным и универсальным нет
противоположности; истинно индивидуальное и есть истинно универсальное, или же наоборот, истинно универсальное существует и познается лишь как индивидуальное.
Потому
те из представителей «отрицательного богословия», которые, отрицая в применении к Божеству всякое кто или что,
тем не менее оставляют в качестве единственного его атрибута бытие, взятое в его
противоположности к небытию, неправомерно вводят в трансцендентную идею Божества определение, заимствованное из области имманентного [Так, напр., Филон Александрийский, утверждая бескачественность Бога, в
то же время приписывает ему, в качестве единственного определения, бытие: о ων (Vita Mos. 1 (14) 75. IV, 115).
«Так как наибольшее есть наибольшее как таковое, не допускающее
противоположности,
то ясно, что к нему не приложимо никакое имя.
Ибо кто мог бы понять неименуемое единство, которое бесконечно предшествует всякому противоречию, где все без сложности совокуплено в простоте единства, без другого и
противоположности, где человек не отличается от льва, а небо не отличается от земли, и
тем не менее каждое существует самым подвижным образом, не в своей конечности, но как само величайшее единство!
То, что устанавливает личность в человеке, есть именно его конечность, т. ё. недуховное в нем, его материальный организм, в
противоположность которому дух должен осуществлять и утверждать свою самостоятельность, чтобы через это быть причастным высшему определению личности…
«Мы не разделяем мнения, будто отрицание указует
противоположность, но лишь
то, что частицами ου или μη, поставленными перед следующими за ними словами (ονομάτων), или, вернее, вещами, к которым относятся слова, произносимые после отрицания, указуется некая инаковость» (257 Ь-с).
Отца — сначала как потенция — он положен лишь с началом творения, действительный же Сын он лишь после
того, как он осуществил себя преодолением
противоположностей, следовательно, в конце творения; как Сын он внешне (пред миром) объявляется в еще более поздний момент» (ib., 332).
София небесная и софийность земная, совершенная актуальность и «безвидная и пустая» потенциальность, божественная полнота и голод к божественности, «свет Фаворский» и «
тьма вверху бездны» — это единство
противоположностей, conicidentia oppositorum, трансцендентно разуму и антиномически его разрывает.
Итак, мыслимое по
противоположности с добром по сущности не существует, так как что не существует само в себе,
то не существует совсем; следовательно, зло есть не бытие, а отрицание бытия» (In eccles.
«Итак, мыслимое по
противоположности с добром по сущности не существует, так как что не существует само в себе,
то не существует совсем: следовательно, зло есть не бытие, а отрицание бытия. Мы понимаем зло не как нечто самостоятельное в нашей природе, но смотрим на него, как на отсутствие добра» [См. Несмелое, цит. соч. 407–410, 500.].
Космическое природное в евреях, что они имели общим с другими народами, стало оболочкой будущего сверхприродного…» «Израильтяне сравнительно с другими народами были всего менее способны иметь свою собственную историю, менее всего исполнены
того мирового духа, который увлекал другие нации к основанию великих монархий; они неспособны приобрести себе великое, всегда пребывающее имя во всемирной истории, но именно по этой причине и были наиболее приспособлены стать носителями божественной (der göttlichen) истории (в
противоположность всемирной)» (ib., 148–149).
И в
те времена, когда еще не родился новоевропейский economic man, человечество, само живя в лачугах, воздвигало богам величественные храмы, в
противоположность теперешней эпохе, когда умеют строить вокзалы и отели, но почти разучились созидать святилища.
По ним можно было, казалось, читать всю жизнь их, ясную, спокойную жизнь, которую вели старые национальные, простосердечные и вместе богатые фамилии, всегда составляющие
противоположность тем низким малороссиянам, которые выдираются из дегтярей, торгашей, наполняют, как саранча, палаты и присутственные места, дерут последнюю копейку с своих же земляков, наводняют Петербург ябедниками, наживают наконец капитал и торжественно прибавляют к фамилии своей, оканчивающейся на о, слог въ.
Неточные совпадения
Было что-то оскорбительное в
том, что он сказал: «вот это хорошо», как говорят ребенку, когда он перестал капризничать, и еще более была оскорбительна
та противоположность между ее виноватым и его самоуверенным тоном; и она на мгновенье почувствовала в себе поднимающееся желание борьбы; но, сделав усилие над собой, она подавила его и встретила Вронского так же весело.
Несмотря на самую резкую
противоположность в привычках и во взглядах и на
то, что Львов был старше Левина, они в эту зиму очень сошлись и полюбили друг друга.
Теперь, напротив, она обязательно была так несоответственно годам и фигуре разукрашена, что заботилась лишь о
том, чтобы
противоположность этих украшений с ее наружностью была не слишком ужасна.
Это невинное веселье выборов и
та мрачная, тяжелая любовь, к которой он должен был вернуться, поразили Вронского своею
противоположностью. Но надо было ехать, и он по первому поезду, в ночь, уехал к себе.
В
противоположность Пояркову этот был настроен оживленно и болтливо. Оглядываясь, как человек, только что проснувшийся и еще не понимающий — где он, Маракуев выхватывал из трактирных речей отдельные фразы, словечки и, насмешливо или задумчиво, рассказывал на схваченную
тему нечто анекдотическое. Он был немного выпивши, но Клим понимал, что одним этим нельзя объяснить его необычное и даже несколько пугающее настроение.