Неточные совпадения
В связи со всем этим во мне шла и внутренняя
работа, та борьба, в которой писательство окончательно победило, под прямым влиянием обновления нашей литературы, журналов, театра, прессы. Жизнь все сильнее тянула к
работе бытописателя. Опыты были проделаны в Дерпте в те последние два года, когда я еще продолжал слушать лекции по медицинскому факультету. Найдена была и та
форма, в какой сложилось первое произведение, с которым я дерзнул выступить уже как настоящий драматург, еще нося голубой воротник.
Драматическая
форма явилась сразу в виде замысла большой комедии из современных нравов опять-таки как результат бессознательной психической
работы.
Меня самого — на протяжении целых сорока с лишком лет моей
работы романиста — интересовал вопрос: кто из иностранных и русских писателей всего больше повлиял на меня как на писателя в повествовательной
форме; а романист с годами отставил во мне драматурга на второй план. Для сцены я переставал писать подолгу, начиная с конца 60-х годов вплоть до-80-х.
Работа не шла бы так споро, если б вещь эта не имела
формы дневника героини — того, что немцы на их критическом жаргоне называют:"Tee — Romane".
Они должны были в том году кончить курс и объявили, что будут держать (или, как говорится в Академии: сдавать) экзамен прямо на степень доктора медицины; теперь они оба работали для докторских диссертаций и уничтожали громадное количество лягушек; оба они выбрали своею специальностью нервную систему и, собственно говоря, работали вместе; но для диссертационной
формы работа была разделена: один вписывал в материалы для своей диссертации факты, замечаемые обоими по одному вопросу, другой по другому.
Неточные совпадения
Не только от мира внешнего, от
формы, он настоятельно требовал красоты, но и на мир нравственный смотрел он не как он есть, в его наружно-дикой, суровой разладице, не как на початую от рождения мира и неконченую
работу, а как на гармоническое целое, как на готовый уже парадный строй созданных им самим идеалов, с доконченными в его уме чувствами и стремлениями, огнем, жизнью и красками.
Торжеством научно-критического метода в применении к священной письменности, в частности к Ветхому и Новому Завету, явилось их филологически-литературное изучение, при котором подвергаются всестороннему анализу тексты,
формы, вообще вся внешняя, исторически обусловленная, конкретная их оболочка (не говоря уже о такой
работе, как критическое установление самого текста).
Утверждается, наконец, вполне ясное сознание, что сама
форма и есть существенное содержание искусства, и его нет вне
работы над
формой.
Тем самым на первый план выдвигаются чисто эстетические задачи,
работа над художественной
формой, которая иногда варварски пренебрегалась ради содержания.
Клад их, может, и был спрятан в церковной утвари старинной
работы, но ценность-то его была не в сосуде и не в
форме.