Я уже говорил, что тогдашнее английское свободомыслие держалось в маленьком кружке сторонников Милля, Спенсера и Дарвина, к знакомству с которым я не стремился, не считая за собою
особых прав на то, чтобы отнимать у него время, — у него, поглощенного своими трудами и почти постоянно больного.
Неточные совпадения
Подрастая, каждый из нас останавливался на
праве помещика владеть душой и телом крепостных. Протестов против такого порядка вещей мы не слыхали от взрослых, а недовольство и мечты о «вольной» замечали всего больше среди дворовых. Но, повторяю, отношение к крестьянству как к
особому сословию и к деревенской жизни вынесли мы отнюдь не презирающее или унизительно-жалостливое, а почтительное и заинтересованное в самом лучшемсмысле.
Мы были так стеснены, что, например, не имели
права без
особого разрешения министра выписывать для редакции самые невинные иностранные газеты.
Из дочерей старшая, если не ошибаюсь, носила фамилию своего отца Нарышкина, а девочка, рожденная уже в браке с Дюма, очень бойкая и кокетливая
особа, пользовалась такими
правами, что во время десерта, когда все еще сидели за столом, начала бегать по самому столу — от отца к матери.
Больного повезла она меня зимой, почти калеку, с
особым аппаратом для моей
правой ноги.
Слобода Сеитовская (она же и Каргалинская), часто упоминаемая в сей Истории, находится в 20 верстах от Берды, а от Оренбурга в 18-ти. Названа по имени казанского татарина Сеита-Хаялина, первого явившегося в оренбургскую канцелярию с просьбой об отводе земель под поселение. В Сеитовской слободе числилось до 1200 душ, состоящих на
особых правах.
Сделавшись почти своим человеком в доме, где он был совсем на
особых правах, Прозоров позабыл, что он семейный человек и не в шутку увлекся одной барышней, которая жила у его патронов воспитанницей.
Аграфена же и сама по себе была личность интересная и пользовалась во дворе
особыми правами, присвоенными ей превосходством рождения, возвышавшего ее среди совершенно бесправных крепостных людей.
«Да и не пустят ее, „мерзавку“! — думал я. — Их ведь, кажется, гулять-то не очень пускают, тем более вечером (мне почему-то непременно казалось, что она должна прийти вечером и именно в семь часов). А впрочем, она сказала, что еще не совсем там закабалилась, на
особых правах состоит; значит, гм! Черт возьми, придет, непременно придет!»
Неточные совпадения
Обломов долго не мог успокоиться; он ложился, вставал, ходил по комнате и опять ложился. Он в низведении себя Захаром до степени других видел нарушение
прав своих на исключительное предпочтение Захаром
особы барина всем и каждому.
Насчет же того
особого пункта, остался ли что-нибудь должен Федор Павлович Мите при расчете по имению — даже сам Ракитин не мог ничего указать и отделался лишь общими местами презрительного характера: «кто, дескать, мог бы разобрать из них виноватого и сосчитать, кто кому остался должен при бестолковой карамазовщине, в которой никто себя не мог ни понять, ни определить?» Всю трагедию судимого преступления он изобразил как продукт застарелых нравов крепостного
права и погруженной в беспорядок России, страдающей без соответственных учреждений.
Приедешь в Париж, он осмотрит нос: я вам, скажет, только
правую ноздрю могу вылечить, потому что левых ноздрей не лечу, это не моя специальность, а поезжайте после меня в Вену, там вам
особый специалист левую ноздрю долечит.
Вы знаете, Вера Павловна, ведь я и женского взгляда стыжусь,
право; наши девушки скажут вам, какая я застенчивая, ведь я потому и живу в
особой комнате.
Пример подобного отношения являет тот же Кант, который в число своих систематически распланированных критик, по мысли его, имеющих обследовать все основные направления и исчерпать все содержание сознания, не включил, однако,
особой «критики силы религиозного суждения», между тем как известно, что трансцендентальная характеристика религии запрятана у него во все три его критики [Нам могут возразить, что таковая четвертая критика у Канта в действительности имеется, это именно трактат «Die Religion innerhalb der blossen Vernunft» (написанный в 1793 году, т. е. уже после всех критик), в наибольшей степени дающий ему
право на титул «философа протестантизма».