Когда родственник его, теперешний предводитель, начал ему намекать на „тиски“, в какие может попасть, Иван Захарыч сейчас же подумал: „уж не запустил ли лапу в сундук опеки?“ Может ли он отвечать за него? По совести — нет. Да и не за него одного… Ведь и директора банка — тоже дворяне, пользовались общим доверием, как себя благородно держали… А теперь
вон каких дел натворили!..
— Не смей надо мной издеваться, Васька! — вдруг закричал Зверев, весь пылающий. — Человек всю душу перед тобой вылил… А ты
вон как!.. Кровь-то сказалась!.. Недаром, должно быть…
Неточные совпадения
— Хороший парень Андрей-то Фомич! Жаль, что на таком дрянном суденышке ходит,
как этот «Бирюч». И глянь-ка, сколько товару наворотил. Хорошая искра попади
вон в те тюки — из нас одно жаркое будет.
— Ты бы шляпку-то сняла, — заметила Матрена Ниловна. —
Вон она
какая у тебя, прости Господи, ровно улей
какой.
— Сядь, сядь! Не бурли! Что это в самом деле, Васенька! Такой дивный вечер, тепло, звездочки
вон загораются. На душе точно ангелы поют, а ты со своими глупостями… Зачем мне твой вексель? Рассуди ты по-купечески… А еще деловым человеком считаешь себя! Выдал ты мне документ. И прогорел.
Какой же нам от этого профит будет? А?..
— Да, — выговорил он, наклоняясь к ней, — немало воды утекло.
Вон вы
какая гладкая стали!
— Васюнчик мой!.. Пойдем туда, под сосны… Пока тебе подадут поесть… Возьми с собой стакан чаю… Там
вон, сейчас за калиткой… На хвое
как хорошо!..
— Хорошо! Здесь чудесно!..
Вон там дубок
какой кудрявый… Можно и на траве. — Жаль, что я не захватил пледа. — Ничего! Сколько времени жары стоят, земля высохла. Да я и не боюсь за себя.
—
Вон ты, кормилец,
какой теперича — барин настоящий.
„
Вон какие слова употребляет! Крах!.. И терпи!“ — подумал Иван Захарыч.
—
Вон ты
как! Очень уж, кажется, зарылся ты в капиталах… Это даже удивительно! — Зверев начал брызгать слюной. — Просто непонятно,
как ты — Теркин — да в таких делах? Знаешь, брат, пословицу: от службы праведной…
— Туда… туда!.. Книзу! Ведь они, там, могут меня считать за покупательницу. Явилась я к тебе… а ты скупаешь леса…
Вон там внизу лужайка под дубками…
Как здесь хорошо!
— Ах нет! Не скажите, Василий Иваныч! Сосна, на закате солнца, тоже красавица, только ей далеко до ели. Эта,
вон видите, и сама-то шатром ширится и охраняет всякую былинку… Отчего здесь такая мурава и всякие кусты, ягоды? Ее благодеяниями живут!.. А в сосновом бору все мертво. Правда, идешь
как по мягкому ковру, но ковер этот бездыханный… из мертвой хвои, сложился десятками лет.
— Закат-то
какой! — продолжал с тихим волнением Теркин, отведя голову в другую сторону. — Посмотрите,
как вправо-то,
вон где за селом леса начинаются, в сосновом заказнике, стволы зажглись розовым светом.
— Потому что в брак она вступает редко — раз в шесть, в семь лет, а не ежегодно,
как столько других произрастаний. Ей приходится вести жизнь строгую. На постноядении стоит всю жизнь — и в
какие выси поднимается. На чем держится корнями, сами изволите знать. Потому и не может она вокруг себя разводить густой подлесок, обречена на одиночество, и под нею привольно только разве вереску. Но и в нем есть большая краса. Не угодно ли поглядеть…
Вон он в полном цвету!
— Ну, это что? — говорил все тот же лакей. — Коли ругается, так это слава Богу, дай Бог такому здоровья… А как все молчит; ты идешь мимо, а он глядит, глядит, да и вцепится,
вон как тот, у которого я жил. А ругается, так ничего…
Господствует банкир, миллионщик, черт его душу возьми, разорвал трудовой народ на враждебные нация…
вон какую войнищу затеял, а вы — чаек пьете и рыбью философию разводите…
Неточные совпадения
А вот пройди в это время мимо его какой-нибудь его же знакомый, имеющий чин ни слишком большой, ни слишком малый, он в ту же минуту толкнет под руку своего соседа и скажет ему, чуть не фыркнув от смеха: «Смотри, смотри,
вон Чичиков, Чичиков пошел!» И потом,
как ребенок, позабыв всякое приличие, должное знанию и летам, побежит за ним вдогонку, поддразнивая сзади и приговаривая: «Чичиков!
«
Вон оно
как! — подумал про себя Чичиков. — Хорошо же, что я у Собакевича перехватил ватрушку да ломоть бараньего бока».
И
вон уже видно вдали,
как что-то пылит и сверлит воздух.
— Накаливай, накаливай его! пришпандорь кнутом
вон того, того, солового, что он корячится,
как корамора!» [Корамора — большой, длинный, вялый комар; иногда залетает в комнату и торчит где-нибудь одиночкой на стене.
Увидя, что речь повернула
вона в
какую сторону, Петрушка закрутил только носом. Хотел он было сказать, что даже и не пробовал, да уж как-то и самому стало стыдно.