Он не мечтал о ее поцелуях, — да и как они будут целоваться в публичном месте, — но жаждал общения с ней, ждал того света, который должен взвиться, точно змейка электрического огня, и озарить его, ударить его невидимым током вместе со взрывом страсти двух живых существ.
Капитану было известно кое-что из прошедшего Теркина. Об ученических годах они не так давно говорили. И Теркин рассказывал ему свою школьную историю; только вряд ли помнил тот фамилию «аспида». Они оба учились в ту эпоху, когда между классом и учителями такого типа, как Перновский, росла взаимная глухая неприязнь, доводившая до взрывов. О прежних годах, когда учителя дружили с учениками, они только слыхали от тех, кто ранее их на много лет кончали курс.
Он уже сообразил, — на это пошло пять секунд, что удар нанесен каким-нибудь встречным пароходом, что ударило в носовую часть и наверно проломило ее. Каюты пассажиров второго класса наверно уже затоплены. Может взорвать и паровик.
Внезапный взрыв страсти и раскаяния потряс его, и жалость влилась в душу быстро, согрела его, перевернула взгляд на эту женщину, сложившийся в нем в течение года… Но порыва взять ее в объятия, осыпать поцелуями не было. Он не хотел обманывать себя и подогревать. Это заставило его тут же воздержаться от всякой неосторожной ласки.
В ее отрывистой речи проглядывали неслыханные им звуки, что-то наивно-детское и прозрачное по своей беззаветной пылкости. Никогда и прежде, в самые безумные взрывы страсти, ее слова не проникали так в самую глубь его души, не трогали его, не приводили в такое смущение.
Я помню — первое у меня было: «Скорее, сломя голову, назад». Потому что мне ясно: пока я там, в коридорах, ждал — они как-то взорвали или разрушили Зеленую Стену — и оттуда все ринулось и захлестнуло наш очищенный от низшего мира город.
Это его взорвало, и он, довольно неосторожно, позволил себе заметить Катерине Николаевне, что после этого его уже не удивляет, что с ней могут происходить такие фантастические истории.
– Тебе, лейтенант, командование доверяет важное задание… – бодро продолжил тот после небольшой паузы. – Я бы сказал, чрезвычайно важное! Нужно взорвать мост…
Добро пожаловать в мир, где котиков едят на ужин, у поездов ломаются тормоза, а разного рода демагоги доходчиво объясняют, почему они хотят взорвать планету.
Как видите, комната представляет собой такой крепкий ящик, что если под ней взорвать бомбу, то её может сорвать с фундамента, но сама она отделается лишь царапинами.
– Тебе, лейтенант, командование доверяет важное задание… – бодро продолжил тот после небольшой паузы. – Я бы сказал, чрезвычайно важное! Нужно взорвать мост…
Добро пожаловать в мир, где котиков едят на ужин, у поездов ломаются тормоза, а разного рода демагоги доходчиво объясняют, почему они хотят взорвать планету.
Как видите, комната представляет собой такой крепкий ящик, что если под ней взорвать бомбу, то её может сорвать с фундамента, но сама она отделается лишь царапинами.