Неточные совпадения
Писарев заслуживает отдельного рассмотрения в связи с
вопросом о русском нигилизме и русском отношении к
культуре.
Под конец жизни, разочаровавшись в возможности в России органической цветущей
культуры, отчасти под влиянием Вл. Соловьева, К. Леонтьев даже проектировал что-то вроде монархического социализма и стоял за социальные реформы и за решение рабочего
вопроса, не столько из любви к справедливости и желания осуществить правду, сколько из желания сохранить хоть что-нибудь из красоты прошлого.
Именно во вторую половину XIX в. пробужденное русское сознание ставит
вопрос о цене
культуры так, как он, например, поставлен Лавровым (Миртовым) в «Исторических письмах», и даже прямо о грехе
культуры.
У нигилистов было подозрительное отношение к высокой
культуре, но был культ науки, т. е. естественных наук, от которых ждали решения всех
вопросов. Сами нигилисты не сделали никаких научных открытий. Они популяризировали естественно-научную философию, т. е. в то время материалистическую философию.
По свойствам русской души, деятели ренессанса не могли оставаться в кругу
вопросов литературы, искусства, чистой
культуры.
Вопросы о творчестве, о
культуре, о задачах искусства, об устройстве обществ, о любви и т. п. приобретали характер
вопросов религиозных.
Религиозная философия охватывала все
вопросы духовной
культуры и даже все принципиальные
вопросы социальной жизни.
Она мешала Самгину обдумывать будущее, видеть себя в нем значительным человеком, который живет устойчиво, пользуется известностью, уважением; обладает хорошо вышколенной женою, умелой хозяйкой и скромной женщиной, которая однако способна говорить обо всем более или менее грамотно. Она обязана неплохо играть роль хозяйки маленького салона, где собирался бы кружок людей, серьезно занятых
вопросами культуры, и где Клим Самгин дирижирует настроением, создает каноны, законодательствует.
Неточные совпадения
— Да, — тут многое от церкви, по
вопросу об отношении полов все вообще мужчины мыслят более или менее церковно. Автор — умный враг и — прав, когда он говорит о «не тяжелом, но губительном господстве женщины». Я думаю, у нас он первый так решительно и верно указал, что женщина бессознательно чувствует свое господство, свое центральное место в мире. Но сказать, что именно она является первопричиной и возбудителем
культуры, он, конечно, не мог.
— XIX век — век пессимизма, никогда еще в литературе и философии не было столько пессимистов, как в этом веке. Никто не пробовал поставить
вопрос: в чем коренится причина этого явления? А она — совершенно очевидна: материализм! Да, именно — он! Материальная
культура не создает счастья, не создает. Дух не удовлетворяется количеством вещей, хотя бы они были прекрасные. И вот здесь — пред учением Маркса встает неодолимая преграда.
Вопрос об интенсивной
культуре, предполагающей напряженную активность, еще не делался для него
вопросом жизни и судьбы.
С более углубленной точки зрения мировая война до последней степени обостряет
вопрос о мировом устройстве земного шара, о распространении
культуры на всю поверхность земли.
Конфликт создается ложными притязаниями науки на верховенство над человеческой жизнью, на способность авторитетно разрешать
вопросы религии, философии, морали, на способность давать директивы для творчества духовной
культуры.