Неточные совпадения
Все определяемое извне, все детерминированное, все основанное на
власти объективности
есть не личное, безличное в человеке.
Бог и
есть гарантия свободы личности от порабощения
власти природы и общества, царства кесаря, мира объектности.
Проблема личности
была поставлена с большой остротой в XIX веке такими людьми, как Достоевский, Киркегардт, Ницше, Ибсен, людьми, восставшими против
власти «общего», против засилия рациональной философии.
Но выбор
есть борьба,
есть сопротивление порабощающей и смешивающей
власти мира.
Христос говорил как
власть имеющий, но он не имел воли к
власти и не
был господином.
Есть ещё более глубокое насилие, это насилие
власти денег.
И эта
власть конечного всегда оказывается рабством человека, закрываемая же бесконечность
была бы освобождением.
Но люди современной цивилизации, вершины цивилизации все ещё находятся во
власти мифов и, между прочим, во
власти мифа об универсальных реальностях, о царстве «общего», которому человек должен
быть подчинен.
Он совсем не совершает суда, подобно суду в социальной жизни людей, Он совсем не
есть господин и
власть в жизни мира и человека.
Освободитель явился не как
власть, а как распятие Искупитель
есть Освободитель, а не сведение счетов с Богом за совершенные преступления.
Порабощающая
власть общества над человеческой личностью
есть порождение иллюзии объективации.
Конец этого мира
есть не что иное, как окончательное преодоление объективации, освобождение от
власти объектности, освобождение и от
власти общества, как одной из форм объектности.
Это
есть в сущности направленность воли к освобождению от
власти множественного мира, к соединению с Единым, освобождению в Едином.
Похоть
власти есть рабий инстинкт.
Между тем как гипноз
власти непобедим Государство
есть, конечно, проекция, экстериоризация, объективация состояний самих людей.
При этом господство безгосударственного коммунистического общества может
быть ещё более тоталитарным, чем господство государства, встречающего границы своей
власти.
Религиозная правда анархизма заключается в том, что
власть над человеком связана с грехом и злом, что совершенное состояние
есть состояние безвластия, т. е. анархии.
Власть же над человеком
есть зло и даже источник всякого зла.
Власть, правительство
есть лишь слуга, лишь защитник и гарант прав человека, не более того.
Освобождение от рабства
есть прежде всего освобождение от всякой воли к могуществу, от всякой
власти как права.
Есть не право, а тяжелая обязанность
власти как ограниченная функция защиты человека.
Но,
быть может, самое отвратительное в государстве, болезнь, порожденная из самого принципа государственной
власти,
есть бюрократизм.
Но с той разницей, что у разбойников
есть свои понятия о чести, свои понятия о справедливости, свои нравы, чего у государства, одержимого волей к
власти, нет.
Деньги
есть мистерия, во
власти денег
есть что-то таинственное.
Практикующий террор перестает
быть личностью, он находится во
власти демониакальных сил.
Если время вообще
есть парадокс, то в отношении революции к времени этот парадокс достигает наибольшей остроты Революция происходит в настоящем, и люди революции находятся во
власти стихий настоящего.
Персоналистический социализм должен
быть не классовым, а народным и человеческим, т. е. свободным от
власти классового общества, порождающего новое рабство.
Но политика
есть в значительной степени
власть фикций над человеческой жизнью, в этом она походит на
власть денег.
Решение социального вопроса политикой, принявшей абсолютный характер, авторитетом
власти,
есть в значительной степени фиктивное решение, оно не создает новой ткани общества.
Это
есть великое зло всех тоталитарных систем, через
власть которых проходит мир.
Созерцание же может
быть выходом из
власти времени в вечность.
Пол
есть безличное в человеке,
власть общего, родового; личной может
быть только любовь.
Романтизм в своих исканиях
есть борьба за освобождение субъекта, освобождение человека от
власти закованности в конечных формах объективированного мира, от
власти интеллектуализма, приковывающего к ложной идее объективного бытия, к общему.
Но ошибочно
было бы думать, что рабство человека происходит всегда от
власти животно-материальной стороны человека.
Духовное освобождение
есть победа над
властью чуждости.
Развитие
есть результат ущербности, недостижимости полноты, и оно подчинено
власти времени,
есть становление во времени, а не творчество, побеждающее время.
Конец истории
есть освобождение от
власти конечного и раскрытие перспективы качественной бесконечности, то
есть вечности.
Я плачу… если вашей Тани // Вы не забыли до сих пор, // То знайте: колкость вашей брани, // Холодный, строгий разговор, // Когда б в моей лишь
было власти, // Я предпочла б обидной страсти // И этим письмам и слезам. // К моим младенческим мечтам // Тогда имели вы хоть жалость, // Хоть уважение к летам… // А нынче! — что к моим ногам // Вас привело? какая малость! // Как с вашим сердцем и умом // Быть чувства мелкого рабом?
Любившая раз тебя не может смотреть без некоторого презрения на прочих мужчин, не потому, чтоб ты был лучше их, о нет! но в твоей природе есть что-то особенное, тебе одному свойственное, что-то гордое и таинственное; в твоем голосе, что бы ты ни говорил,
есть власть непобедимая; никто не умеет так постоянно хотеть быть любимым; ни в ком зло не бывает так привлекательно; ничей взор не обещает столько блаженства; никто не умеет лучше пользоваться своими преимуществами и никто не может быть так истинно несчастлив, как ты, потому что никто столько не старается уверить себя в противном.
Неточные совпадения
Но он обманулся бы:
власть одного слишком
была слышна в этой вольнице.
Но хуже всего
было то, что потерялось уваженье к начальству и
власти: стали насмехаться и над наставниками, и над преподавателями, директора стали называть Федькой, Булкой и другими разными именами; завелись такие дела, что нужно
было многих выключить и выгнать.
— Павел Иванович, все равно: и с имуществом, и со всем, что ни
есть на свете, вы должны проститься. Вы подпали под неумолимый закон, а не под
власть какого человека.
Да вот теперь у тебя под
властью мужики: ты с ними в ладу и, конечно, их не обидишь, потому что они твои, тебе же
будет хуже; а тогда бы у тебя
были чиновники, которых бы ты сильно пощелкивал, смекнувши, что они не твои же крепостные, или грабил бы ты казну!
Если ты над нею не приобретешь
власти, то даже ее первый поцелуй не даст тебе права на второй; она с тобой накокетничается вдоволь, а года через два выйдет замуж за урода, из покорности к маменьке, и станет себя уверять, что она несчастна, что она одного только человека и любила, то
есть тебя, но что небо не хотело соединить ее с ним, потому что на нем
была солдатская шинель, хотя под этой толстой серой шинелью билось сердце страстное и благородное…