Неточные совпадения
Шаман так ловко устраивал свои фокусы, что
камень стал медленно поворачиваться сначала
в одну, потом
в другую
сторону.
Тогда я нагнулся, поднял
камень и бросил его
в ту
сторону, где стоял неведомый зверь.
Чжан-Бао отошел
в сторону и сел на
камень. По выражению лица его я понял, что он недоволен, и мне немало стоило труда уговорить его не сердиться на Карпушку.
Люди бегут, падают, опять бегут и стараются собрать веревки. Наконец лодки привязаны, палатка поймана.
В это время с моря нашла только одна большая волна. С ревом она рванулась на берег, загроможденный
камнями. Вода прорвалась сквозь щели и большими фонтанами взвилась кверху. Одновременно сверху посыпались
камни. Они прыгали, словно живые, перегоняли друг друга и, ударившись о гальку, рассыпались впрах. На местах падения их, как от взрывов, образовывались облачка пыли, относимые ветром
в сторону.
Недалеко от берега на большом плоском
камне сидело несколько гагар. Птицы собрались на ночлег, но, услышав людские голоса, повернули головы
в нашу
сторону. Теперь они плохо видели и потому еще более насторожились. Наконец, одна гагара не выдержала. Тяжело взмахнув крыльями, она поднялась
в воздух. Тотчас вслед за нею снялись все остальные птицы и низко над водой полетели к тому мысу, который остался у нас позади.
Мыс Суфрен со
стороны моря имеет вид конусообразной башни, прорезанной наискось какой-то цветистой жилой. Море пробило
в ней береговые ворота, к которым на лодке из-за множества подводных
камней подойти трудно.
На пути к морю путешественник видит с правой
стороны высокую сопку Чуйхойни, а за ней
в самом русле реки шаманский
камень Тараки, состоящий из обогащенного эпидотом и хлоритом бескварцевого порфира.
Это был голос Туберозова. Протопоп Савелий стоял строгий и дрожащий от гнева и одышки. Ахилла его послушал; он сверкнул покрасневшими от ярости глазами на акцизника и бросил
в сторону камень с такою силой, что он ушел на целый вершок в землю.
Неточные совпадения
Затем он снова схватился за
камень, одним оборотом перевернул его на прежнюю
сторону, и он как раз пришелся
в свое прежнее место, разве немного чуть-чуть казался повыше.
«Стой! — крикнул укорительно // Какой-то попик седенький // Рассказчику. — Грешишь! // Шла борона прямехонько, // Да вдруг махнула
в сторону — // На
камень зуб попал! // Коли взялся рассказывать, // Так слова не выкидывай // Из песни: или странникам // Ты сказку говоришь?.. // Я знал Ермилу Гирина…»
Проводив ее, Самгин быстро вбежал
в комнату, остановился у окна и посмотрел, как легко и солидно эта женщина несет свое тело по солнечной
стороне улицы; над головою ее — сиреневый зонтик, платье металлически блестит, и замечательно красиво касаются
камня панели туфельки бронзового цвета.
Он усмехался, слушая наивные восторги, и опасливо смотрел через очки вниз. Спуск был извилист, крут, спускались на тормозах, колеса отвратительно скрежетали по щебню. Иногда серая лента дороги изгибалась почти под прямым углом; чернобородый кучер туго натягивал вожжи, экипаж наклонялся
в сторону обрыва, усеянного острыми зубами каких-то необыкновенных
камней. Это нервировало, и Самгин несколько раз пожалел о том, что сегодня Варвара разговорчива.
Джукджур отстоит
в восьми верстах от станции, где мы ночевали. Вскоре по
сторонам пошли горы, одна другой круче, серее и недоступнее. Это как будто искусственно насыпанные пирамидальные кучи
камней. По виду ни на одну нельзя влезть. Одни сероватые, другие зеленоватые, все вообще неприветливые, гордо поднимающие плечи
в небо, не удостоивающие взглянуть вниз, а только сбрасывающие с себя каменья.