Неточные совпадения
Когда на безлюдной платформе, оцепленной солдатами, осужденные
двигались к тускло освещенным вагонам, Вернер очутился возле Сергея Головина; и тот, показав куда-то
в сторону рукою, начал говорить, и было ясно слышно только слово «фонарь», а окончание утонуло
в продолжительной и усталой зевоте.
Тут наступил сон. Не то чтобы было очень страшно, а призрачно, беспамятно и как-то чуждо: сам грезящий оставался
в стороне, а только призрак его бестелесно
двигался, говорил беззвучно, страдал без страдания. Во сне выходили из вагона, разбивались на пары, нюхали особенно свежий, лесной, весенний воздух. Во сне тупо и бессильно сопротивлялся Янсон, и молча выволакивали его из вагона.
Начали оглядываться, избегая смотреть
в ту
сторону, где молчаливо и страшно понятно продолжали
двигаться фонарики. Налево обнаженный лес как будто редел, проглядывало что-то большое, белое, плоское. И оттуда шел влажный ветер.
Преобладали хорошо одетые люди, большинство
двигалось в сторону адмиралтейства, лишь из боковых улиц выбегали и торопливо шли к Знаменской площади небольшие группы молодежи, видимо — мастеровые.
Неточные совпадения
«Ну так что ж! И пожалуй!» — проговорил он решительно,
двинулся с моста и направился
в ту
сторону, где была контора. Сердце его было пусто и глухо. Мыслить он не хотел. Даже тоска прошла, ни следа давешней энергии, когда он из дому вышел, с тем «чтобы все кончить!». Полная апатия заступила ее место.
Между тем
в траве все
двигалось, ползало, суетилось. Вон муравьи бегут
в разные
стороны так хлопотливо и суетливо, сталкиваются, разбегаются, торопятся, все равно как посмотреть с высоты на какой-нибудь людской рынок: те же кучки, та же толкотня, так же гомозится народ.
Илья Ильич завел даже пару лошадей, но, из свойственной ему осторожности, таких, что они только после третьего кнута трогались от крыльца, а при первом и втором ударе одна лошадь пошатнется и ступит
в сторону, потом вторая лошадь пошатнется и ступит
в сторону, потом уже, вытянув напряженно шею, спину и хвост,
двинутся они разом и побегут, кивая головами. На них возили Ваню на ту
сторону Невы,
в гимназию, да хозяйка ездила за разными покупками.
Чем больше горячился папа, тем быстрее
двигались пальцы, и наоборот, когда папа замолкал, и пальцы останавливались; но когда Яков сам начинал говорить, пальцы приходили
в сильнейшее беспокойство и отчаянно прыгали
в разные
стороны. По их движениям, мне кажется, можно бы было угадывать тайные мысли Якова; лицо же его всегда было спокойно — выражало сознание своего достоинства и вместе с тем подвластности, то есть: я прав, а впрочем, воля ваша!
Здесь Самгину было все знакомо, кроме защиты террора бывшим проповедником непротивления злу насилием. Да, пожалуй, здесь говорят люди здравого смысла, но Самгин чувствовал, что он
в чем-то перерос их, они кружатся
в словах, никуда не
двигаясь и
в стороне от жизни, которая становится все тревожней.