Неточные совпадения
— Для предохранения ружейных стволов от ржавчины
не нужно вымазывать их на зиму деревянным маслом, а всего лучше: выстрелить раз из
чистых стволин и,
не продувая их, заткнуть суконными пробками и повесить в сухой комнате.
Одна из этих собак была
чистой французской породы, а другая — помесь французской с польскою, несколько псовою собакой: обе
не знали парфорса, имели отличное чутье и были вежливы в поле, как только желать.
Для получения добычи необходимо, чтоб зверь или птица находились в известном положении, например: надобно, чтоб заяц или лиса выбежали в
чистое поле, потому что в лесу борзые собаки ловить
не могут; надобно, чтоб зверь полез прямо в тенета, а без того охотник и в двадцати шагах ничего ему
не сделает; надобно, чтоб птица поднялась с земли или воды, без чего нельзя травить ее ни ястребами, ни соколами.
Говоря о болотной дичи, я часто буду упоминать о месте ее жительства, то есть о болотах. Я стану придавать им разные названия:
чистых, сухих, мокрых и проч., но людям,
не знакомым с ними в действительности, такие эпитеты
не объяснят дела, и потому я хочу поговорить предварительно о качествах болот, весьма разнообразных.
Болота бывают
чистые луговые. Этим именем называются все влажные, потные места,
не кочковатые, а поросшие чемерицей и небольшими редкими кустами, мокрые только весной и осенью или во время продолжительного ненастья. Покрытые сочною и густою травою, они представляют изобильные сенокосы и вообще называются лугами; они составляют иногда, так сказать, окрестность, опушку настоящих мокрых болот и почти всегда сопровождают течение рек по черноземной почве, особенно по низменным местам, заливаемым полою водою.
Окошки
чистые,
не малые, в которых стоит жидкая тина или вода, бросаются в глаза всякому, и никто
не попадет в них; но есть прососы или окошки скрытные, так сказать потаенные, небольшие, наполненные зеленоватою, какою-то кисельною массою, засоренные сверху старою, сухою травою и прикрытые новыми, молодыми всходами и побегами мелких, некорнистых трав; такие окошки очень опасны; нередко охотники попадают в них по неосторожности и горячности, побежав к пересевшей или подстреленной птице, что делается обыкновенно уже
не глядя себе под ноги и
не спуская глаз с того места, где села или упала птица.
И горные ключи и низменные болотные родники бегут ручейками: иные текут скрытно, потаенно, углубясь в землю, спрятавшись в траве и кустах; слышишь, бывало, журчанье, а воды
не находишь; подойдешь вплоть, раздвинешь руками чащу кустарника или навес густой травы — пахнет в разгоревшееся лицо свежею сыростью, и, наконец, увидишь бегущую во мраке и прохладе струю
чистой и холодной воды.
Иногда ручей бежит по открытому месту, по песку и мелкой гальке, извиваясь по ровному лугу или долочку. Он уже
не так чист и прозрачен — ветер наносит пыль и всякий сор на его поверхность;
не так и холоден — солнечные лучи прогревают сквозь его мелкую воду. Но случается, что такой ручей поникает, то есть уходит в землю, и, пробежав полверсты или версту, иногда гораздо более, появляется снова на поверхность, и струя его, процеженная и охлажденная землей, катится опять, хотя и ненадолго,
чистою и холодною.
Такие озера постоянно имеют
чистую, свежую, хотя и
не холодную воду.
Посреди
чистой воды, когда берега голы и круты, она выставит один нос для свободного дыханья и, погруженная всем остальным телом в воду, уплывет по течению реки, так что и
не заметишь.
Полет их очень быстр, и от частого маханья крыльями происходит особенный звук, похожий
не на
чистый свист, а на какое-то дрожанье свиста, которое нельзя передать словами; подобный звук слышен отчасти в полете стрепета.
Кроме превосходства в величине, кроншнеп первого разряда темно-коричневее пером и голос имеет короткий и хриплый; он выводит иногда детей в сухих болотах и в опушках мокрых, поросших большими кочками, мохом, кустами и лесом, лежащих в соседстве полей или степных мест; изредка присоединяется к нему кроншнеп средний, но никогда малый, который всегда живет в степях и который пером гораздо светлее и крапинки на нем мельче; голос его гораздо
чище и пронзительнее, чем у среднего кроншнепа, крик которого несколько гуще и
не так протяжен.
Нечего и говорить, что этот жалкий, заглушаемый шумом крик
не похож на звучный, вольный перепелиный бой в
чистых полях, в
чистом воздухе и тишине; как бы то ни было, только на Руси бывали, а может быть и теперь где-нибудь есть, страстные охотники до перепелов, преимущественно купцы: чем громче и
чище голос, чем более ударов сряду делает перепел, тем он считается дороже.
К токующему глухому косачу ранней весною подходить
не только из-за дерева, но даже по
чистому месту, наблюдая ту осторожность, чтоб идти только в то время, когда он токует, и вдруг останавливаться, когда он замолчит; весь промежуток времени, пока косач
не токует, охотник должен стоять неподвижно, как статуя; забормочет косач — идти смело вперед, пока подойдет в меру.
Больше о глухаре я ничего особенного сказать
не могу, а повторяю сказанное уже мною, что он во всем остальном совершенно сходен с обыкновенным тетеревом, следовательно и стрельба молодых глухих тетеревят совершенно та же, кроме того, что они никогда
не садятся на землю, а всегда на дерево и что всегда находишь их в лесу, а
не на
чистых местах.
При тихой погоде, особенно при мелком дожде, только в полдень слетают тетеревиные стаи на землю, на поляны и
чистые места, где бы
не беспокоили их дождевые капли, падающие беспрестанно с мокрых древесных ветвей.
4-я и 5-я породы — черные дрозды, величиною будут немного поменьше большого рябинника; они различаются между собою тем, что у одной породы перья темнее, почти черные, около глаз находятся желтые ободочки, и нос желто-розового цвета, а у другой породы перья темно-кофейного,
чистого цвета, нос беловатый к концу, и никаких ободочков около глаз нет; эта порода, кажется, несколько помельче первой [Тот же почтенный профессор, о котором я говорил на стр. 31, сделал мне следующие замечания: 1] что описанные мною черные дрозды, как две породы, есть
не что иное, как самец и самка одной породы, и 2) что птица, описанная мною под именем водяного дрозда,
не принадлежит к роду дроздов и называется водяная оляпка.
Надобно бить вальдшнепа на подъеме, когда он выбирается кверху и покуда частая сеть ветвей его
не совсем закрыла, или, если он летит диагонально, косвенно, надо ловить те мгновения, когда он вымелькнет на сколько-нибудь
чистое место.
Впрочем, под словом
чистые не должно разуметь таких гладких мест, на которых негде было бы спрятаться и притаиться.
Но кроме врагов, бегающих по земле и отыскивающих чутьем свою добычу, такие же враги их летают и по воздуху: орлы, беркуты, большие ястреба готовы напасть на зайца, как скоро почему-нибудь он бывает принужден оставить днем свое потаенное убежище, свое логово; если же это логово выбрано неудачно,
не довольно закрыто травой или степным кустарником (разумеется, в
чистых полях), то непременно и там увидит его зоркий до невероятности черный беркут (степной орел), огромнейший и сильнейший из всех хищных птиц, похожий на копну сена, почерневшую от дождя, когда сидит на стогу или на сурчине, — увидит и, зашумев как буря, упадет на бедного зайца внезапно из облаков, унесет в длинных и острых когтях на далекое расстояние и, опустясь на удобном месте, съест почти всего, с шерстью и мелкими костями.
Впрочем, опытные охотники знают этот секрет, берут на цель пониже, под самую белизну; кучным зарядом вскинет убитого зайца вверх, и в меру, на
чистом месте, промаха никогда
не будет.
Неточные совпадения
Городничий. Мотает или
не мотает, а я вас, господа, предуведомил. Смотрите, по своей части я кое-какие распоряженья сделал, советую и вам. Особенно вам, Артемий Филиппович! Без сомнения, проезжающий чиновник захочет прежде всего осмотреть подведомственные вам богоугодные заведения — и потому вы сделайте так, чтобы все было прилично: колпаки были бы
чистые, и больные
не походили бы на кузнецов, как обыкновенно они ходят по-домашнему.
Я, кажется, всхрапнул порядком. Откуда они набрали таких тюфяков и перин? даже вспотел. Кажется, они вчера мне подсунули чего-то за завтраком: в голове до сих пор стучит. Здесь, как я вижу, можно с приятностию проводить время. Я люблю радушие, и мне, признаюсь, больше нравится, если мне угождают от
чистого сердца, а
не то чтобы из интереса. А дочка городничего очень недурна, да и матушка такая, что еще можно бы… Нет, я
не знаю, а мне, право, нравится такая жизнь.
Конечно, дело
чистое — // За требу воздаяние, //
Не брать — так нечем жить.
Пир кончился, расходится // Народ. Уснув, осталися // Под ивой наши странники, // И тут же спал Ионушка // Да несколько упившихся //
Не в меру мужиков. // Качаясь, Савва с Гришею // Вели домой родителя // И пели; в
чистом воздухе // Над Волгой, как набатные, // Согласные и сильные // Гремели голоса:
Нет хлеба — у кого-нибудь // Попросит, а за соль // Дать надо деньги
чистые, // А их по всей вахлачине, // Сгоняемой на барщину, // По году гроша
не было!