Наверное, всё дело в том, что в этих коротких произведениях нередко в иносказательной форме затрагиваются глобальные
общечеловеческие проблемы.
Одним словом, обычная история торжества корпоративной этики, отбрасывающей все нормы
общечеловеческой морали.
Правила этикета отражают
общечеловеческие нормы общения, сохранявшиеся в течение длительного времени и свойственные многим народам.
Роман о чешских освободительных войнах приобретал
общечеловеческий интерес.
Законы военного времени,
общечеловеческие законы и, я был уверен, Божий закон оправдывали эту процедуру приведения приговора в исполнение.
Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать
Карту слов. Я отлично
умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!
Спасибо! Со временем я обязательно пойму, как устроен ваш мир.
Вопрос: электровоз — обозначает ли то, что существует в физическом мире как материальная сущность (человек, животное, растение, предмет, вещество или конкретное место)?
- Не относите сюда чувства, свойства, события, действия, процессы, отношения, идеи, признаки, звуки, запахи, световые явления и абстрактные понятия.
- Примеры ответов:
- «Да»: стол, собака, город, золото, берёза, человек.
- «Нет»: любовь, шум, запах, идея, дружба, бег, встреча, температура.
Но мне кажется, что в таком глобальном
общечеловеческом понятии, как счастье, должна быть, помимо индивидуального содержания, ещё и общая для всех составляющая.
Если философия вырабатывает жизненные цели, формулирует
общечеловеческие идеалы и одновременно подвергает их критической оценке, то она предлагает эти цели лишь как возможные варианты жизни и мысли.
Такие внешние, разделённые между людьми взаимодействия и отношения могут быть как достойными, так и недостойными с точки зрения
общечеловеческих ценностей, определённой культуры или социальной общности.
Эта книга выросла из идеи, что философия имеет
общечеловеческое значение, и для того, чтобы оставаться актуальной в наши дни, философия должна обратиться к людям.
Но содержание юридически оформленных прав человека не сводится к содержанию только
общечеловеческих моральных норм.
Мы, конечно, разные, но всем, и мужчинам, и женщинам, приходится так или иначе решать
общечеловеческие задачи.
Следование
общечеловеческим нравственным ценностям объявляется делом постыдным, достоянием пещерных предков.
Было ли оно неизбежностью, вызванной железной поступью
общечеловеческого прогресса или люди не ведали, что творили, попав в конце концов в западню собственной безответственности?
Однако, принимая во внимание их
общечеловеческое содержание, перекрывающее их чужеродные для нас элементы, приходится признать, что лишь предубеждённая теория могла назвать их порождениями дурного, варварского вкуса.
В цивилизациях мимесис ориентирован на творческих личностей, которые оказываются первооткрывателями на пути к
общечеловеческой цели.
Это соображение даёт нам право обратиться к кладовым
общечеловеческих знаний и к спасительной интуициив наших историософских изысканиях.
Слишком много связано с ней того, что отнюдь совершенно несовместимо с понятиями
общечеловеческих духовных ценностей.
Создание в качестве новой утопии глобальной идеи и универсальной
общечеловеческой идеологии возможно на платформе русского космизма, тектологии, ноосферогенеза и других близких по существу идей.
Подобную
общечеловеческую значимость имеют языческие мифы – подлинное сокровище мировой культуры.
Позволю себе утверждать, что в эпоху глобализации (как её ни назови) не должно быть национальных идей, должна быть
общечеловеческая идея.
В первом приближении мы наблюдаем три нити закономерности
общечеловеческого развития: демографический взрыв, технический прогресс и смену социально-экономических формаций.
Это имеет существенное значение как для спорта высших достижений, где устанавливаются новые спортивные достижения и рекорды
общечеловеческого масштаба, связанные с потребностями самоопределения и самоутверждения личности через гуманные формы честного соперничества и демонстрацию общественно значимых спортивных результатов, так и для массового спорта, в котором доступные нормативы оценки подготовленности привлекают в эту сферу большее количество занимающихся и стимулируют их к совершенствованию.
Опять, если перевести нарочито наукообразно запутанные профессорские сентенции на
общечеловеческий язык, то получится, что неизбежность множества различных частных историй примиряется с единственной «официальной» введением конъюнктурного понятия «исторической истины», которое всегда можно подправить, а то и полностью перевернуть вверх тормашками «движением науки от неполной, относительной истины к более полной».
Разумеется, это сетевое производство требовало беспрецедентного распространения грамотности и математических знаний, морали, которая опирается уже не на племенные традиции или традиции одного города, но на какие-то
общечеловеческие представления, просит о соединении начальной жреческой мудрости и новых модернизированных способов социальной организации.
Он не уставал повторять, что «на карту поставлено слишком много»: «смогут ли американцы и их будущие бесчисленные поколения пользоваться
общечеловеческими правами или они будут жить хуже восточных рабов».
Единственно, что оставил ты людям – это твой взгляд на них как на средство; ты не замедлил сделаться для них тем же средством, – и с той минуты перестал существовать для них, – как перестаёт существовать для людей всё то, что не связано с ними живой
общечеловеческой жизнью…
Есть много общественно значимых вопросов, в решении которых религиозные организации в состоянии участвовать совместно с государством, не апеллируя к своей вере и не демонстрируя её, а исходя исключительно из общегражданской и
общечеловеческой позиций.
Не случайно лучшие книги последних лет прямо включают нашу социалистическую действительность в контекст
общечеловеческих духовных и нравственных исканий, тем самым как бы восстанавливая связь времён, наполняя настоящее зрелым ощущением прошлого и будущего.
Такая уверенность вызвана не самомнением, а единственно очевидностью, вытекающей из тождества результата восхождения от простейшего элемента к чистому разуму как целому с нисхождением от целого (ибо и целое само по себе дано благодаря конечной цели чистого разума в практической сфере) ко всякой части, между тем как попытка изменить самую малую часть тотчас же ведёт к противоречиям не только в системе, но и в
общечеловеческом разуме.
Потому что в любом нормальном обществе, где равенство является не только законодательной нормой, но и
общечеловеческим правилом «по умолчанию», любая демонстрация умаления значимости человека, его равенства перед другими вызывает в человеке очевидное недовольство и гнев.