Глава 8
Дмитрий подкрался неслышно и взял Аню за руку. Она вскрикнула от неожиданности.
— Тихо, тихо, — прошептал он, увлекая ее вперед, мимо снующих возле метро прохожих. — Не бойся! Я люблю сюрпризы. Со мной не соскучишься.
— Ты меня напугал.
— У тебя руки холодные. Замерзла?
— Перчатки забыла взять.
— Бери мои, — он достал из кармана тонкие красные перчатки в дырочку и протянул Ане. — Надевай.
— Нет, спасибо. На меня большие будут.
— А кто увидит?
Улицы к вечеру расцвели огнями. Моросило. Туман переливался всеми цветами радуги, и казалось, что это не Петербург, а зачарованный город из «Тысячи и одной ночи». Лица людей, которые шагали навстречу Ане и Дмитрию, были бледными и отрешенными.
— Куда ты меня ведешь? — спросила она.
— В одно романтическое местечко. Тебе понравится.
— Лизу ты тоже туда водил? — не сдержалась девушка.
— А ты злопамятная, — рассмеялся он. — Я же тебе объяснил, кто такая Лиза. Да, я время от времени покупаю женские ласки. Что в этом плохого? По крайней мере, я искренен. Хуже прикидываться влюбленным и обманывать девушку, чтобы переспать с ней.
«Илья поступает именно так, — внутренне вспыхнула Аня. — Обманывает меня ради постели. А я, дурочка, верю и надеюсь!.. Ну, и кто виноват?»
— Значит, я могу рассчитывать на твою честность? — спросила она.
— Абсолютно, — кивнул Дмитрий. — Но правда бывает довольно травмирующей.
— Для айтишника у тебя слишком хорошо подвешен язык.
Он объяснил, что любит читать книги, и пустился в рассуждения о классике. Аня заслушалась и не следила за дорогой, доверившись своему спутнику. Они поворачивали куда-то, ныряли в проходные дворы и скоро оказались у двери в подвальное помещение с надписью «Дарк».
— Была когда-нибудь в подземельях, оборудованных под ночной клуб?
— Нет. В Москве много таких заведений, но… для меня это дорого, — смутилась девушка.
— Тогда тебе предстоит открытие, — улыбнулся Дмитрий. — Не волнуйся, у меня достаточно денег, чтобы заплатить за нас обоих.
Аня замешкалась, опасаясь какой-нибудь подставы с его стороны. Она не раз слышала страшные истории о ночных клубах, где творились темные дела, и пожалела, что никому не сообщила, куда идет.
Дмитрий угадал ее сомнения и прошептал, касаясь губами ее щеки:
— Я не дам тебя в обиду, детка. Клянусь! Ты меня поразила с первого взгляда. Я давно мечтал о такой встрече…
По телу Ани прокатилась сладостная дрожь, и все дурные мысли вылетели из головы. В кои-то веки достойный молодой человек приглашает ее в престижное заведение! Неужели, она испортит этот вечер себе и ему? Ну уж нет!
Они спустились вниз по узкой лестнице, освещенной зелеными лампочками, и Дмитрий показал плечистому охраннику какую-то карточку.
— Вечеринка только для членов клуба, — сказал тот, пропуская молодую пару в гардеробную. — Приятного отдыха.
Седой старик с крючковатым носом забрал у гостей куртки и выдал два номерка.
В зале все отвечало мрачному духу подземелья. Тяжелые сводчатые потолки, кирпичные стены, полумрак, столики, накрытые черными скатертями, красная посуда, свечи, запах сигарет и странная публика. Элегантные посетители среднего возраста делили компанию с представителями молодежной субкультуры, похожими на гóтов. Аня с любопытством осматривалась. У барной стойки сидели парень и девушка в черном, с характерной для готов раскраской и атрибутикой. Они помахали руками Дмитрию, и тот помахал в ответ.
— Потанцуем? — предложил он Ане. — Или ты сперва хочешь выпить? Здесь хорошие коктейли. Правда, закуски не очень. На любителя.
Дмитрий надел в клуб белый свитер, который мягко облегал его мускулистый торс, и черные брюки-дудочки. На его запястье поблескивал браслет из серебристого металла. Это были нанизанные на обруч… черепа. Сам же обруч представлял собой дракона, кусающего собственный хвост.
— Ты гот? — спросила девушка, поеживаясь.
Ей стало неуютно в этом тяжеловесном сумеречном зале без окон. По каменному полу бесшумно сновали официанты. Со стен на присутствующих сурово взирали дамы и рыцари времен средневековья. На их лицах мелькали багровые отблески от горящих свечей.
— Нет, — выдержав паузу, ответил Дмитрий. — Я не гот. Но уважаю этих веселых ребят.
— По-моему, они очень депрессивные.
— Не все! Среди них попадаются интереснейшие экземпляры. Пьющие кровь.
— Что? — побледнела Аня. — К-кровь?
— Не пугайся, дорогая. Это всего лишь шутка, — усмехнулся парень. — Черный юмор, если угодно.
Аня похолодела и съежилась под его пристальным взглядом. Красивые губы Дмитрия растянулись в улыбке, но лицо оставалось серьезным.
— «Кровь» — это коктейль, — добавил он. — Самый дорогой в этом заведении. Заказать тебе? Попробуешь?
— Нет, спасибо…
— Идем танцевать!
С этими словами Дмитрий сгреб Аню в охапку и легко, как пушинку, вынес на площадку между столиками. Из динамиков зазвучали звуки лютни и клавесина.
— Вивальди, — пояснил он, обнимая девушку и привлекая ее к себе. — Обожаю клавесин. Я лично знавал маэстро…
— Ты?.. Разве Вивальди не умер?
— Умер, конечно. В середине восемнадцатого столетия.
Аня молчала, двигаясь в такт музыке. Дмитрий еще тот фрукт! Развлекается и наблюдает за ее реакцией. Ей не хотелось выглядеть трусихой и занудой.
— А ты, выходит, бессмертный?
— Не совсем.
— Уже легче, — натянуто засмеялась она. — Надеюсь, ты хоть не вампир? Нынче вампиры в почете. «Сумерки» и все такое…
Дмитрий крепче прижал ее к себе и закружил в танце. Он отлично вел, тогда как у Ани заплетались ноги. Она не успевала за ним. Посетители клуба выпивали и переговаривались, с интересом поглядывая на танцующих. Аня испытывала жуткую неловкость в отличие от партнера, который чувствовал себя как рыба в воде.
Музыка закончилась, и пара под одобрительные возгласы и жидкие аплодисменты вернулась за столик.
— Что желаете? — официант подал девушке меню, но она не смогла прочитать ни строчки. От волнения все плыло перед глазами. Ей казалось, что она опозорилась как партнерша и актриса, будучи неуклюжей и не сумев уловить ритм танца.
Дмитрий заметил ее растерянность и пришел на выручку.
— Позволь мне сделать заказ на свой вкус? — предложил он и вполголоса назвал официанту какие-то блюда.
Тот кивнул и удалился в сторону бара. А молодой человек успокаивающе погладил Аню по руке.
— Ну, что с тобой? Не переживай так!
— Здесь все такое… мрачное, — выдавила она, чуть не плача. — Мой первый день в Питере не удался!.. Вера Карловна умерла… Потом еще труп на набережной…
— Какой труп?
Аня в двух словах рассказала об утопленнице.
— Это… плохая примета, понимаешь? — вздохнула она. — Мертвец за мертвецом!..
* * *
Смотритель по имени Макс открыл облезлую дверь, шагнул вперед и включил фонарь. Внутри особняка было темно.
— Сюда лучше днем приходить, — буркнул он идущему рядом Илье. — Лучше видно, и не оступишься. До завтра нельзя экскурсию отложить?
— Поздно, — отозвался сценарист. — Мы уже на месте. Чем это пахнет?
— Гнилое дерево, штукатурка, сырость…
Белый, яркий луч фонаря бегал по стенам и потолкам, выхватывая причудливую лепнину, узоры на стенах, головы мраморных кариатид, лестницу и прочие остатки роскоши ушедшей эпохи.
— Эй, приятель, не торопись! — взмолился Илья. — Я ничего не успеваю разглядеть. Тут электричество есть?
— Нет.
— Что ж ты сразу не сказал?
— А ты не спрашивал, — отрезал Макс, уверенно шагая по огромным гулким комнатам. — Смотри под ноги, не то загремишь. Ну вот, кажись, тут и снимали кино… В белом зале! Еще в других помещениях тоже…
Свет фонаря медленно двигался по серым от пыли и грязи стенам, лепным карнизам, ложным колоннам и наконец замер на резном камине. Мраморные путти[4] игриво целовались, поддерживая каменные цветочные гирлянды.
— Тонкая работа, — заметил смотритель.
Над камином висело старое закругленное сверху зеркало.
— Это и есть зеркало Дракулы? — усмехнулся Илья.
— Как же! Зря ты губу раскатал, сценарист. Басен для туристов наслушался? Зеркала тут самые обычные.
— А то самое где? О котором слухи ходят?
— Ты наивный или прикалываешься? — проворчал Макс. — То зеркало давно исчезло. Если оно было, вестимо. Народ у нас чего только не придумает! Лишь бы нервы пощекотать. Русские скуки не любят! Оттого и пьют.
— Ты меня разочаровал…
— Ладно, слушай сюда. Меня и киношники, и прочие любопытствующие допрашивали. Пришлось покопаться в этой истории. Так что я готов тебя просветить насчет магического зеркала. По легенде, купец Брусницын, — почтенный отец семейства, — привез его из Италии для танцевального зала. В ту пору итальянцы были мастера по части зеркал: добавляли в состав бронзу и золото, добиваясь дивного эффекта. В таких зеркалах любой человек выглядел лучше, чем в жизни. Брусницын был тщеславен, и клюнул на рекламу.
Илья не сдержал саркастического смешка, что лишь подзадорило рассказчика.
— Реклама во все времена существовала, — заявил тот. — Называлось это по-другому, а смысл один: выгодно продать товар. В общем, хозяин лавки заметил, что богатый русский готов раскошелиться, и давай расхваливать старинное зеркало, за которое хотел выручить кругленькую сумму. Мол, оно когда-то принадлежало султану Саладину, было захвачено крестоносцами, потом им снова завладели турки. Зеркало переходило из рук в руки, пока не досталось в качестве трофея Владу Дракуле. При жизни жестокого кровопийцы оно висело в его замке. А после смерти, должно быть, перекочевало вместе с хозяином в склеп.
— Разве вампиры не боятся зеркал?
— Что ты знаешь о вампирах? — парировал Макс. — Скажи еще, их чеснок отпугивает или крест!.. Я кучу книг о них перечитал и ни черта не понял. У меня в котельной — целая библиотека. Изучаю феномен вампиризма от нечего делать. Пока особо не преуспел.
— Был Дракула вампиром или нет, неизвестно, — возразил Илья.
— Но прославился именно кровожадностью. Пил кровь своих жертв! Это бесспорный факт.
— Допустим. И что купец? Он наверняка был добропорядочным христианином, в церковь ходил, молился. Зачем ему зеркало с дурной репутацией?
— А психология коммерсанта из низов? — не сдавался смотритель. Ему частенько приходилось обсуждать эту тему, и он наизусть выучил аргументы. — Брусницыны вышли из крестьян, всего добились своим трудом и смекалкой. В предприимчивости им не откажешь, — как по писаному шпарил Макс. — Из безграмотных работяг они выбились в люди, получили образование, дорвались до благ, доступных только аристократам. Зеркало, которым раньше пользовался граф Дракула, теперь будет принадлежать им, Брусницыным! Если бы даже покупателя предупредили о последствиях, он бы не внял голосу разума, а поддался собственной гордыне. Дескать, хочу и всё! Пусть графское зеркало теперь мне послужит! Русскому промышленнику! Заплатил, Брусницын, не торгуясь, и повез ценное приобретение на родину. Ну и… нарвался на неприятности.
— Какие же? — осведомился Илья.
Хотя он сам прочитал в Сети байки о пресловутом зеркале, было интересно послушать мнение мужика, который работает в котельной и тайком водит желающих в загадочный особняк. Не всякий на это отважится. Правда, деньги тоже на дороге не валяются. Да еще практически дармовые.
— Ты небось слышал о свойствах магического зеркала, — предположил Макс. — Нынче люди всюду нос суют. Не знаю, хорошо это или плохо… Видать, чему быть, того не миновать. Я так рассуждаю: раз ты ко мне пришел, в этом есть некий смысл.
— Жизнь — это бесконечная игра случайностей.
Смотритель покачал головой, не соглашаясь с высказыванием Ильи. Впрочем, тот нарочно употребил заумную фразу, дабы сбить собеседника с толку. Однако Макс не смутился.
— Тебе виднее, — пожал плечами он. — Лично я в зеркало не смотрелся, потому как оно еще в прошлом веке куда-то подевалось. А если представится возможность, наверное, не рискну.
— Страшно? — улыбнулся Илья. — Те же не веришь слухам!
— Я не верю. Но говорят, отражение в том зеркале будто бы смотрит на человека… и ставит на него печать беды. Кто-то из гостей и домочадцев Брусницыных падал в обморок, кто-то умирал… а кто-то исчезал бесследно. Хозяева испугались и убрали зеркало в чулан.
— А правда, что после революции зеркало конфисковали для Дворца Культуры имени Кирова?
— Непроверенная информация, — сказал Макс. — Существует еще байка: когда в особняке устроили заводоуправление, зеркало вернули и повесили в кабинете заместителя директора. И тот исчез, не обжившись на новом месте. Та же участь постигла и рабочего, который занимался ремонтом кабинета. После чего кабинет заколотили. Однако свидетелей, сам понимаешь, нет. Времени прошло много, а слово к делу не пришьешь.
— Дальнейшая судьба зеркала покрыта мраком?
— Выходит, так.
В глубине дома раздался глухой хлопок, что-то скрипнуло, и повеяло холодным воздухом.
— Ты слышал? — насторожился Илья, вглядываясь в темноту.
— Здание старое, все трещит, сыплется, штукатурка отваливается, — объяснил Макс. — Сквозняки гуляют. Летучие мыши на чердаке завелись.
— Может, забрался кто? Пойдем, посмотрим? Только фонарь выключи.
Смотритель молча подчинился и на ощупь двинулся к выходу из белого зала. Илья шел за ним вплотную, чтобы не потеряться. Они свернули в коридор, потом еще раз свернули… Что-то зашумело у Ильи за спиной, он остановился, затаил дыхание и оглянулся. Глаза в кромешной тьме ничего не различали.
— Кто здесь? — спросил он, покрываясь испариной.
В гулкой тишине что-то двигалось, дышало, шуршало и хлопало крыльями. Летучие мыши?
— Макс! — позабыв об осторожности, крикнул Илья. — Макс, ты где?.. Эй!.. Макс!..
Он попятился, уперся спиной в стену, оттолкнулся и кинулся в противоположную сторону. Ориентиров никаких не было, света тоже. Смотритель унес фонарь с собой и не отзывался. Натыкаясь на невидимые во тьме препятствия, Илья куда-то брел наугад, спотыкался, задевал что-то локтями… Под ногами хрустели осколки и кирпичная крошка. Внезапно раздался оглушительный грохот!..
От ужаса Илья вспомнил, что на всякий случай бросил в карман маленький фонарик. О, счастье!.. Хоть какой-то осветительный прибор! Он достал фонарик и направил слабый лучик на пол. Ф-ффу-ух!.. Оказывается, не все так страшно. Он всего-то наступил на пластиковую бутылку, которая в пустом помещении произвела звук разорвавшегося снаряда.
Немного успокоившись, Илья выровнял дыхание и вышел в коридор. Он боялся, что батарейка сдохнет до того, как ему удастся выбраться из чертова особняка наружу. Макс словно растворился в воздухе! Напрасно Илья звал его, в надежде, что тот одумается и вернется. Если с ним ничего не случилось, разумеется.
Обычное снаружи здание внутри казалось Илье сложным лабиринтом. Он кружил по комнатам, освещая себе путь, пока не наткнулся на своего коварного спутника.
— Я тебя нашел, шутник! Нехорошо так поступать с неопытным туристом.
Человек молча стоял и смотрел на Илью. Это был не Макс! Выше ростом и одет по-другому.
Сценарист отшатнулся и погасил фонарь. В тишине было слышно его собственное тяжелое дыхание. Вероятно, тот, на которого он напоролся, тоже замер, прислушиваясь.
— Ты кто? — спросил у темноты Илья.
Неизвестный не собирался представляться. Он затаился в ожидании…
