Глава 5: Знакомство с Освальдом.
20 февраля 26012 года.
А в то время, когда Тереза занималась своими исследованиями, в особняк Ромула Эль Джулиуса, что находился в Великом Граде, прибыл магистр ордена «Щит Империи» Освальд Гранд. Отношения этих двух людей сложились очень дружественные. Освальду нравилось мировоззрение и идеалы Ромула, отличающиеся от большинства жестоких и самовлюблённых дворян, которых он в основном и видел. В то время как Ромул уважал доблесть и желание Освальда помогать своим подчиненным всеми возможными для него способами.
Особенно сильно их дружба укрепилась в 26008 году, когда новое изобретение Ромула под названием «Пространственные врата» помогли «Щиту Империи» выстоять против массивной осады карторан на несколько городов-крепостей. Благодаря вратам была решена проблема снабжения, которая появилась, как считает Ромул, из-за устроенных Франсуа трудностей для проверки пригодности ордена.
Что касается тех массивных осад, то похожие стали происходить регулярно каждый год в районе с ноября по декабрь. Каждая длилась ровно три дня, и каждый день оканчивался звоном в боевой рог, что призывал карторан, который, вероятно, был молодняком, к отступлению вне зависимости от успехов осады. Освальд до сих пор помнил первую из них. Первые два дня были похожи на бойню с многочисленными дилетантами, а вот на третий день у врага появился талантливый лидер, что чуть не прорвал оборону Соллентума — города-крепости, который оберегал лично Освальд со своими людьми. Благо «Пространственные врата» заработали вовремя, и быстро доставленные боеприпасы с оружием помогли оттеснить врага.
И вот несколько дней назад Ромул пригласил Освальда к себе в гости. Благодаря пространственным вратам и последующим их улучшениям стало более чем возможно моментально отправиться на Землю с Тармариона и вернуться обратно в случае необходимости или чрезвычайной ситуации.
Освальд не удосужился принарядиться в выходную одежду и пришел в военной форме. Впрочем, Ромул сразу сказал, что не будет против, если магистр придёт в таком виде.
Особняк был под стать аристократам. Ромул заранее предупредил, что декором занимается его официальная жена, которая, как и сорока, любит всё блестящее. Освальд сразу смекнул, что его новому другу не нравилось во вкусах этой женщины. Слишком уж всё вычурно. Статуи, рамки картин и множество других декораций были либо в позолоте, либо в серебре.
— Слишком всё пестрит, — вслух подумал Освальд. — Хотя я слышал, что талантливые артисты стараются поддерживать обстановку, близкую к их вымышленным мирам из кино и театров. Как там Бриенна говорила? С головой погрузиться в работу. Хотя тут скорее работа погружается в мир артиста.
И пока Освальд с уставшим лицом рассматривал окружение, мимо проходили двое юношей.
— Простите, любезнейший, но если вы ищете нашу матушку, то вы зря теряете время, — сказал юноша семнадцати лет.
— И если вы хотите предложить ей напрямую очередную роль, то можете забыть, — продолжил парень помладше. — Она рассматривает только те роли, что прошли сортировку её личной помощницей.
— Молодёжь, я вообще-то… — начал говорить Освальд, но парочка прервала его.
— Предлагать ей встречу тоже бесполезно.
— И попросить автограф тоже не получится. Она вернётся только на следующей неделе и…
— Грей, Барт, этот человек пришёл ко мне в гости, — в разговор влез Ромул, идя навстречу троице.
— Отец? — недоумевающе спросил старший сын по имени Грей. — Так он твой знакомый?
— А мы уж подумали, что это очередной подхалим, пытающийся приударить за матушкой, и попытались спровадить подальше, — признался Барт, второй сын Ромула.
— Так много дураков, что лезут к жене самого герцога? — удивлённо спросил Освальд.
— Очень много, — раздражённо ответил Барт. — Проблем ещё доставляет то, что она использует чисто своё имя без фамилии в качестве актёрского имени. Итог — эти недальновидные глупцы слишком поздно узнают о том, что она является Матильдой Эль Джулиус.
— И не только к матушке, — добавил Грей. — Тётушку Хелен тоже некоторые индивиды без серого вещества в голове в покое оставить не хотят.
Освальд с непониманием посмотрел на Ромула, и тот ответил:
— Моя наложница.
— Я правильно понял, что семья у вас полностью дружная? Жена и наложница ладят? — Поинтересовался Освальд об отношениях в семье Эль Джулиусов. На что Ромул спокойно ответил.
— Всё верно, сэр Освальд. И даже помогают друг другу.
— Подождите, — потрясённо произнёс Барт. — Вас зовут Освальд?
— Освальд, — ехидно улыбаясь, ответил магистр, понимая, к чему ведёт разговор.
— А фамилия Ваша случайно не Гранд? — Уже свой вопрос задал Грей.
— Совершенно случайно именно такая, — улыбка Освальда стала ещё шире.
Заметно бледнея на глазах, парочка синхронно произнесла.
— Мы влипли.(x2)
Эти юноши поняли, к кому так нелестно отнеслись, и после этого с них пот пошёл градом.
— Ромул, друг мой, может, мне стоит преподать урок фехтования твоим пацанам? Чисто ради знакомства, дружеский спарринг, — с язвительной улыбкой спросил Освальд.
Слегка улыбнувшись, Ромул ответил.
— Я не против. Через десять минут на заднем дворе. Не придёте, пеняйте на себя, — предупредил братьев Ромул с жуткой улыбкой на лице.
— Вот и карма настигла, — вздыхая, произнёс Грей, зная, что именно их будет ждать, если ослушаются.
В назначенное время на заднем дворе собрались Освальд, Ромул, Грей, Барт и ещё один мальчишка.
— Эм, Ромул, а это, собственно, кто? — спросил Освальд, смотря на новенького.
— С Греем и Бартом Вы познакомились, вот я и решил познакомить Вас с младшим сыном. Это Цезарь, сын от наложницы.
— Угу. Ясно. Понятно. А что он тут делает? — непонимающе спросил Освальд.
— Ну Вы же хотели урок фехтования моим сыновьям преподать, сэр Освальд. Вот и решил всех привести. — с лёгкой улыбкой ответил Ромул.
— Ну если так, то я не против, — ответил магистр. — Итак, щенки, берём тренировочные мечи и готовимся к спаррингу. Сейчас Освальд Гранд выбьет из вас всё дерьмо.
Пока магистр разминался, Грей и Барт посмотрели на Цезаря и произнесли:
— Прости, Цезарь.
— Похоже, из-за нас ты тоже вляпался.
— И что вы такого сделали? — поинтересовался младший сын, но ответа он не дождался. Освальд пошёл в атаку.
Двадцать пять минут спустя, после окончания пятого раунда.
— Вы уже всё или как? — спросил парней Освальд.
— Простите, сэр, но это мой предел, — признался Грей. — Я не особо силён в фехтовании.
— Ну, среди вашей троицы ты занял второе место. Если, конечно, учитывать ваши возрастные характеристики, — оценил мастерство старшего Освальд. — А вот Барт на третьем месте. Вон даже сознание потерял.
— А так похоже, что я потерял сознание? — спросил лежащий лицом в землю Барт.
— Не понял, ты что, притворялся? — опешил Освальд от осознания того, что второй сын был в сознании и смог его обмануть.
— Скорее, тренировался в актёрском мастерстве, — сделал свой вывод Грей.
— Он по стопам матери в актёры стремится, — объяснил Ромул.
— Хотя до матушки мне ещё далеко.
Услышав такое объяснение, Освальд только пожал плечами. Как-никак не каждый может его вот так просто разыграть. Особенно во время спарринга и битв.
— Ладно, с вами разобрались. А вот у младшего результаты неплохие. Но есть много мест, которые надо отшлифовать.
— Господин Грей, господин Барт, ваши наставники прибыли, — сообщил о прибытии дворецкий.
Грей и Барт встали и сказали.
— С вашего позволения, мы отклоняемся (x2).
Освальд против не был, ведь у них были свои занятия. А когда они ушли, сказал вердикт Ромулу:
— Ну что я могу сказать, им бы побольше попрактиковаться. Хотя бы ради самозащиты.
— В этом плане у них хорошие навыки стрельбы, — уверенно ответил Ромул.
— Да? Ну тогда я более-менее спокоен. Кстати, а чем твой старший заниматься хочет?
— У него, как и бабушки по материнской линии, талант писателя.
— Безопасные занятия, — улыбнулся Освальд, и его взгляд упал на младшего.
— А ты не пойдёшь вслед за ними? — спросил Магистр младшего сына Ромула с неким непониманием. — Чего тут-то остался?
— Честно? Так и так у меня через 20 минут занятия по фехтованию с другим наставником. Но думаю, если позанимаюсь с вами, то он против не будет. Даже наоборот, поддержит такое решение, — ответил Цезарь.
— Вот как? — Освальд не скрывал своего удивления от мыслей Цезаря. — Ну тогда становись в стойку, боец.
Спустя сорок минут Цезарь лежал спиной на земле, тяжело дыша. Освальд улыбался от души, а Ромул и наставник по фехтованию, в своём ложном обличии, смотрели на это со стороны.
— Я благодарен вам, сэр Освальд, что решили попрактиковаться с юным Цезарем. Это поможет ему лучше понять свои сильные и слабые стороны. А также покажет ему, что всегда найдутся сильные противники, — барон Астус действительно видел плюсы в этой ситуации для своего ученика. — Это весьма ценный опыт.
— Никаких проблем! Эм… Простите, не поинтересовался вашим именем, — виновато сказал Освальд.
— Клаус Астус, — ответил наставник. — Можете без всех этих почестей. Я всего лишь барон.
— Всего лишь барон, говоришь? — спросил Освальд, глядя на слегка пухлого мужчину. — Да я просто по твоей походке вижу, что ты не лыком шит. И мечом владеешь, и хитростей мастер? Голографическим браслетом надуть меня хотел?
На эти слова Ромул испустил лёгкий смешок.
— Я смотрю, что Вас, барон Астус, сэр Освальд насквозь видит.
— Полагаю, вы правы, Ваше герцогство, — не стал спорить барон и отключил браслет, представ в своём настоящем обличии.
— А теперь я перейду к другому вопросу, с вашего позволения, — сказал Освальд и посмотрел на паренька, что тяжело дышал, лёжа на земле. — Цезарь, ты как?
— Если исключить те факты, что я очень устал, у меня болят все мышцы и жутко пить хочется, то я в пооолном порядке, — ответил тому юнец.
— АХАХАХА!!! — магистр не скрывал своего восторга. — Ромул, я уже обожаю этого парня!
Старшие сыновья Ромула хоть и были неплохими ребятами, но Цезарь особо полюбился магистру. В глубине души он мечтал именно о таком сыне.
— Рад это слышать, сэр Освальд, — сказал Ромул.
— Знаешь, а давай его с ребятами из ордена познакомим, — предложил Освальд. — Уверен, они такого же о нём мнения будут. Да и старшие по душе прийдутся.
— Не сомневаюсь.
Во время спарринга Цезарь очень много раз оказывался лежащим на земле. Но он вставал снова и снова. И так до тех пор, пока Освальд не дал команды отбой. Именно такие упёртые ребята нравятся Освальду и его подчинённым. Но во время спарринга магистр также понял его натуру. Он добродушный и бескорыстный паренёк с теми, кого считает друзьями. А те, кому он не доверяет, видят только маску вежливости. Также он заметил кое-что ещё. Что-то терзало душу мальчишки.
— Ладно, Цезарь, сегодняшнее занятие по фехтованию можно считать завершённым. Сходи отдохни, — принял решение Ромул.
— Тогда с твоего позволения, отец, я пошёл, — встал запыхавшийся Цезарь и направился потихоньку к выходу с заднего двора.
— Я провожу его, — сказал Клаус и тоже ушёл.
Смотря за уходящим Цезарем, Освальд продолжил разговор с Ромулом.
— Хороший мальчишка.
— Цезарь-то? Не жалуюсь.
С минуту они оба молчали, пока Освальд не нарушил тишину.
— Ромул, ты заметил?
— Ты про умело скрытое плохое настроение Цезаря?
— Догадался, значит. Ну так как? Причину знаешь?
— Как сказала Хелен… — Ромул запнулся перед тем, как продолжить, — он увидел тёмную сторону нашей империи.
Услышав такой ответ, Освальд моментально догадался, о чём именно речь.
— И как он воспринял несправедливые поступки знати?
— Трудно сказать, — признался Ромул. — Я не хочу на него давить и поднимать ужасную тему во время беседы. Но также боюсь, что его будущие взгляды будут чудовищными.
Освальд молча кивнул. Он сам был свидетелем того, как у добрых родителей росло самое настоящее чудовище. И эти люди стали его соперниками из недружественных орденов. Но тут Освальд был уверен в одном.
— Думаю, бояться нужно другого.
— Чего же? — спросил Ромул.
— Что в будущем он попытается всю систему изменить. Точнее, использовать для этого безумно опасные методы.
— В каком смысле?
— Мне кажется, что может произойти самая настоящая гражданская война против нынешних власть имущих.
От этих слов Ромул опешил. Он и сам не любил Империю Солар, но устроить восстание даже для него перебор. И чтобы такое в будущем мог сделать Цезарь, не укладывалось у него в голове.
— Я не верю в это, сэр Освальд, — не согласился с мнением Ромул. — Не хочу в это верить.
— Мне тоже не хочется, друг мой, — Освальд успокаивающе постучал герцогу по плечу. — Но такие люди, как он, могут совершить большой подвиг ради близких. Или страшную глупость.
Цезарь шёл в свою комнату. Он планировал принять ванну и заняться самообразованием, чтобы отвлечься от ужасных событий вчерашнего дня. Мёртвая девушка-официантка всё никак не могла выйти у него из головы.
— Тебя явно что-то беспокоит, юный Цезарь, — начал разговор Клаус.
— Что? — не расслышал вопроса парень, так как был поглощён своими мыслями.
— Сэр Освальд сдерживался в спарринге с тобой, — начал объяснение барон. — Но он не применял тех приёмов, справиться с которыми ты запросто не смог бы. Поэтому спрошу прямо и не ври мне, что всё в порядке. Что произошло?
От такого напора со стороны наставника Цезарь был в шоке. Но именно под этим напором он и смог рассказать о произошедшем в небольшом ресторане.
— Паршивая ситуация, — признался Клаус.
— И это не даёт мне покоя, — сказал юный Эль Джулиус. — Что мне делать?
Перед тем как дать ответ, барон внимательно посмотрел в глаза младшего сына герцога. Там он увидел желание правосудия. Но что это за правосудие, Клаус понять не мог. И он серьёзно забеспокоился о парне.
— Хочешь наказать ту женщину и её подчинённых? — серьёзно спросил барон.
Цезарь вновь задумался, но вскоре дал чёткий ответ:
— Хочу.
— А последствий не боишься? — продолжил задавать вопросы барон. — Того, как отреагируют другие аристократы и императорская семья?
— К сожалению, боюсь, — не стал скрывать Цезарь. — Но и простить их я никогда не смогу. Как мне поступить?
Видя, что у сына герцога внутри идёт серьёзный внутренний конфликт, барон Астус решил дать совет.
— Не прощай, но и не торопись с наказанием.
— Не торопиться?
— Да. Повзрослей, наберись опыта, заимей власть и устрой всё так, что они пожалеют о всех своих ужасных решениях сами. А если после этого они не умрут, а будут страдать до конца своих дней, то это будет особенно больнее для них.
— Но…
— Цезарь, — перебил Клаус парня, — если будешь поступать необдуманно на поводу у своих эмоций, то это приведёт к тому, что ты сделаешь больнее самому себе. А с такими тварями лучше играть по их правилам. То есть устроить им интриги, от которых они сами в петлю полезут.
После этих слов Цезарь смог немного успокоиться. Но что именно имел в виду барон насчёт идти на поводу эмоций, сын герцога поймёт только в будущем.
