Исчезновение

Майкл Грант, 2008

В мгновение ока все исчезли. Кроме молодых. Остались дети, подростки. И ни одного взрослого. Также внезапно исчезли телефоны, интернет, телевидение. И помощи ждать не от кого. И нельзя выяснить, что же случилось. Угрожает голод. Верховодят хулиганы. Жуткое создание притаилось неподалеку. Животные мутируют. Да и сами подростки меняются, развивая новые таланты – невообразимые, опасные, смертельные силы – которые усиливаются день ото дня. Это устрашающий новый мир. Стороны выбраны, грядет битва. Маргиналы против золотой молодежи. Хулиганы против слабаков. Могущественные против бессильных. А время на исходе: в свой пятнадцатый день рождения ты исчезнешь, как и все остальные…

Оглавление

Глава 11. 273 часа, 39 минут

СЭМ, КВИНН, ЭДИЛИО и Астрид шли по дороге, а вслед им неслись оскорбления и насмешки.

— Мальчики, с вами всё в порядке? — спросила Астрид.

— Конечно, — отозвался Квинн. — Если не считать здоровенного синяка на спине и того, что мне намяли бока ни за что, ни про что. А так я в полнейшем порядке. Это был классный план, Сэм, чувак. Всё прошло как по маслу. У нас отняли гольф-кар, избили и унизили.

Сэм подавил желание накричать на друга. В конце концов, Квинн был прав. Сэм проголосовал за то, чтобы не останавливаться, и они за это поплатились.

Слова Говарда жалили, точно осы. Как будто этот мелкий червяк содрал с Сэма кожу, показав всему миру, каков он на самом деле. Сэм вовсе не считал себя лучше других, но ведь он действительно не пожелал выйти вперёд. У него имелись на то причины, однако теперь они казались несущественными, по сравнению со стыдом перед друзьями, от которого сгорал Сэм.

— Со мной всё хорошо, не о чем говорить, — ответил Эдилио Астрид. — Боль уже проходит.

— Ну да, ну да, выпендривайся и дальше, Эдилио, — усмехнулся Квинн. — Может, тебе нравится, когда тебя лупят, а мне нет. И теперь, значит, нам надо пешком топать на АЭС, чтобы найти сопляка, который даже не понимает, что потерялся?

Сэм сдержал гнев и сказал, как можно спокойнее:

— Квинн, тебя никто туда идти не заставляет.

— Не заставляет, говоришь? — Квинн схватил его за плечо. — То есть, ты хочешь, чтобы я отвалил?

— Вовсе нет. Ты — мой лучший друг.

— Я — твой единственный друг.

— С этим не поспоришь, — признал Сэм.

— Всё, что я хочу понять, от кого тебе по наследству досталась корона? — спросил Квинн. — Ты ведёшь себя так, словно ты тут главный босс. С чего бы? Почему я должен слушаться твоих приказов?

— Я тебе ничего не приказывал, — сердито сказал Сэм. — Я вообще не хочу никому приказывать. Если бы хотел, стоял бы сейчас на площади и указывал остальным, что им делать. Квинн, если считаешь нужным, бери руководство на себя, — тихо добавил он.

— Я никогда не говорил, что хочу кем-то командовать, — фыркнул Квинн, немного остывая, мрачно посмотрел на Эдилио, потом перевёл настороженный взгляд на Астрид. — Просто всё это странно, брат. Прежде были только ты и я, верно?

— Ну, да.

— Мне просто хочется, чтобы мы взяли борды и отправились на пляж, чтобы все стало так, как раньше, — плаксиво продолжил Квинн и вдруг, словно его прорвало, принялся кричать: — Где все? Почему никто не приходит нам на помощь? Где мои родители?

Они двинулись дальше. Эдилио прихрамывал, Квинн, приотстав, бормотал что-то себе под нос. Сэм шагал рядом с Астрид, всё ещё смущённый её присутствием.

— Ты заставила Орка сдать назад, — сказал он. — Спасибо.

— Я занималась с ним математикой после уроков, — криво усмехнулась она. — Он меня немного стесняется. Но не стоит особо на это уповать.

Они шли посередине автострады. Было странно видеть жёлтую разделительную полосу у себя под ногами. Очень странно.

— Улица Радиоактивных Отходов — Детская Зона, — произнесла Астрид.

— Угу. А ведь название может прижиться, — сказал Сэм.

— В этом что-то есть. Тебе не кажется? Я имею в виду «Улицу Радиоактивных Отходов»?

— Намекаешь на аварию на АЭС? — Сэм пристально взглянул на Астрид.

— Сама не знаю, на что я намекаю, — пожала она плечами.

— Но ты считаешь, что здесь есть связь? Взрыв атомного реактора или что-то в этом роде?

— Электричество не пропало, а Пердидо-Бич полностью обеспечивается электроэнергией с нашей АЭС. Следовательно, так или иначе, а электростанция работает.

— Слушайте, а чего мы пешком топаем? — Эдилио вдруг остановился.

— Потому что подонок Орк и его шестёрка Говард отняли у нас кар, — сказал Квинн.

— Посмотри-ка туда, чувак, — Эдилио показал на машину, съехавшую с дороги в кювет.

В велобагажнике стояли два велосипеда.

— Мне кажется неправильным брать чужие велики, — произнесла Астрид.

— Забей, — отмахнулся Квинн. — Неужели до сих пор не поняла? Вокруг нас — новый мир. УРОДЗ.

— Да, Квинн, я понимаю, — ответила Астрид, не сводя глаз с парящей над ними чайки.

Они сняли велосипеды. Квинн поехал с Эдилио, Астрид — с Сэмом. Её развевающиеся волосы щекотали его лицо. Сэм даже огорчился, когда они нашли ещё два велосипеда.

Прямо до АЭС автострада не доходила, пришлось свернуть на боковую дорогу. На повороте стояла сторожевая будка, путь преграждал красно-белый полосатый шлагбаум вроде тех, которые устанавливают на железнодорожных переездах. Они просто объехали его по обочине.

Дорога петляла между холмов, покрытых жухлой травой и желтыми полевыми цветами. Рядом с АЭС не было ни домов, ни иных зданий. Лишь сотни акров пустой земли вокруг. Крутобокие холмы, редкие деревья, луга и пересохшие ручьи.

Наконец, дорога свернула к скалистому побережью. От зрелища захватывало дух, однако прибой, обычно бурный, сегодня едва шелестел. Дорога то взбиралась вверх, то уходила вниз, прячась между холмами, затем вновь выныривала на открытое место, откуда был виден океан.

— Впереди будет ещё один пост охраны, — предупредила Астрид.

— Если там найдётся живой охранник, я его расцелую, — отозвался Квинн.

— Здесь всё просматривается и патрулируется, — продолжила Астрид. — АЭС охраняет чуть ли не настоящая армия.

— Охраняла, — поправил её Сэм.

Они подъехали к забору из сетки-рабицы с колючей проволокой поверху. Левая часть забор тянулась вниз, к скалам, правая — исчезала в холмах. Караулка здесь была куда более основательной и выглядела настоящим фортом, способным выдержать серьёзную атаку. Ворота представляли собой секцию всё той же рабицы. Наверное, чтобы их поднять, надо было нажать кнопку в караулке.

— И как нам перебираться? — спросила Астрид, разглядывая препятствие.

— Кто-нибудь перелезет через ворота, — ответил Сэм. — Камень, ножницы, бумага?

Мальчишки сыграли, и Сэм проиграл.

— Бумага? Ну, ты даёшь! — захихикал Квинн. — Прежде в первом туре ты всегда начинал с ножниц.

Сэм быстро вскарабкался по сетке, однако колючая проволока его задержала. Сняв рубашку, он накинул её поверх самого опасного участка проволоки. Осторожно перекинул ногу и ойкнул, когда колючка ужалила в бедро. Перебравшись на ту сторону, он спрыгнул на землю, оставив рубашку висеть на воротах.

Кондиционеры в караулке работали на полную катушку, и Сэм сразу пожалел, что не забрал рубашку. Ряд цветных мониторов показывал дорогу, по которой они только что проехали, а также целый калейдоскоп окрестных ландшафтов: океан, скалы, холмы. На некоторых экранах были изображения дверей, защищённых кодовыми замками. В туалете Сэм заметил свисающий с крючка шнурок с электронным пропуском и повесил себе на шею.

В шкафу главной комнаты обнаружилась серо-зелёная военная куртка, на несколько размеров больше, чем ему было нужно. У стены — запертая стойка с автоматами и пистолетами. От неё пахло смазкой и серой. Сэм долго смотрел на оружие. Пистолеты против бейсбольных бит?

— Не ступай на этот путь, — пробормотал себе Сэм.

Он вышел и решительно прикрыл за собой дверь, однако ладонь немного задержалась на ручке. Сэм потряс головой. Нет. Время ещё не пришло.

Пока не пришло.

От сильного искушения его даже затошнило. Что с ним стало? Как он мог хоть на секунду подумать о таком?

Сэм нажал кнопку, открывая ворота.

— Чего так долго? — подозрительно спросил Квинн.

— Рубашку себе искал.

Электростанция была абсолютно пустой. Обширный, даже внушительный, комплекс зданий, похожих на склады, над которыми возвышались два огромных бетонных купола, напоминающих колокола.

Разговоры об АЭС сопровождали Сэма всю его жизнь. Иногда казалось, что здесь работает добрая половина жителей Пердидо-Бич. Ребёнком он постоянно слышал заверения о полной безопасности АЭС и не боялся атомной энергии. Однако сейчас, увидев всё своими глазами, почувствовал себя неуверенно: АЭС напомнила ему умного зверя, припавшего у подножия гор над морем, ощетинив загривок.

— Здесь хватит места для всего Пердидо-Бич, — проговорил Сэм. — Я никогда не видел АЭС вблизи и не представлял, насколько она велика.

— Напоминает собор Святого Петра, который я видел в Риме, — сказал Квинн. — Ох, и здоровенный же соборище! Смотришь на него и чувствуешь себя букашкой. Хочется встать на колени, просто на всякий случай.

— Глупый вопрос, но не угрожает ли нам радиация? — спросил Эдилио.

— Тут тебе не Чернобыль, — ехидно сказала Астрид. — У них даже градирен не было. Это две вон те большие башни. Сами реакторы находятся под куполами, поэтому если что случится, радиоактивные газы и пар останутся внутри.

— Не дрейфь, — Квинн с фальшивой дружелюбностью хлопнул Эдилио по плечу. — Не о чем беспокоиться. Хотя… это местечко прозвали «Улицей Радиационных Осадков». С чего бы, а? Ведь АЭС совершенно безопасна.

Квинн и Сэм знали, конечно, эту историю. Астрид, сжалившись над Эдилио, показала на один из двух куполов.

— Они немного разные по цвету, видишь? Это потому, что второй поновее. Тот самый, в который угодил метеорит. Почти пятнадцать лет назад. Сам подумай, каковы шансы, что это случится вновь?

— А каковы были шансы в первый раз? — пробурчал Квинн.

— Метеорит? — эхом повторил Эдилио и посмотрел на небо.

Солнце уже миновало зенит и стояло над водой.

— Маленький метеорит, двигавшийся с огромной скоростью, — пояснила Астрид. — Он пробил защитную оболочку ядерного реактора и проник дальше. На самом деле, нам повезло, что его скорость была столь высока.

Сэм увидел всё как наяву: космическая каменюка с огненным хвостом на невероятной скорости несётся к Земле и вдребезги разбивает бетонный купол.

— Почему повезло? — спросил Сэм.

— Метеорит вошёл в скалу, как гвоздь в доску, и унёс с собой девяносто процентов уранового топлива. На глубину около ста футов. Так что осталось, грубо говоря, заполнить бетоном кратер, запечатать его и восстановить реактор.

— Я слышал, один человек тогда погиб.

— Да, инженер. Полагаю тот, который работал в зоне реактора.

— Хочешь сказать, что под землёй теперь куча урана, и все считают, что никакой опасности нет? — скептически спросил Эдилио.

— Куча урана и кости того чувака, — сказал Квинн. — Добро пожаловать в Пердидо-Бич, наш девиз «Радиация? Какая радиация?».

Теперь их вела Астрид, много раз посещавшая АЭС с отцом. Она подошла к неприметной, безо всякой таблички двери в боковой бетонной плите турбинного зала. Сэм приложил электронный пропуск, замок щёлкнул, дверь открылась.

За ней обнаружилось похожее на пещеру помещение с крашеным бетонным полом и высоким потолком из перекрещенных двутавровых балок. Внутри стояли четыре огромных, больше локомотива, генератора. Шум был невообразимый.

— Это и есть турбины, — закричала Астрид, превозмогая ураганный рёв. — Расщепляясь, уран нагревает воду, которая превращается в пар. Пар поступает сюда, вращает турбины и производит электричество.

— Ты точно уверена, что это не гигантские хомячки, бегающие в колесе? — прокричал в ответ Квинн. — Что же, значит, меня неправильно информировали.

— Думаю, надо начать с этого зала, — крикнул Сэм и посмотрел на Квинна.

Тот, кривляясь, отдал ему честь.

Они разбрелись по турбинному залу. Астрид напомнила им, что Пити не придёт, сколько ни зови. Единственный способ найти малыша — это осмотреть каждый уголок и закоулок, куда может забраться маленький ребёнок.

Пита здесь не оказалось.

Астрид махнула им рукой, предлагая двигаться на выход. Лишь миновав две двери, они смогли нормально говорить.

— Идёмте в диспетчерскую, — сказала Астрид и повела их по сумрачному коридору.

Диспетчерская выглядела несколько допотопно и чем-то напоминала центр управления полётами НАСА: старомодные компьютеры, мерцающие экраны, бесконечные панели с бесконечными рядами переключателей, помаргивающих лампочек и древних портов для передачи данных.

На полу, покачиваясь взад и вперёд, сидел малыш Пит и играл в видеоигру с выключенным звуком.

Астрид не кинулась к брату. Если бы Сэма спросили, он бы сказал, что её лицо выглядит огорчённым. Она сразу как-то усохла, но заставила себя улыбнуться и подойти к мальчику.

— Пити, — позвала она так спокойно, словно брат никогда не терялся, словно всё это время они были вместе, и нет ничего странного в том, что одинокий ребёнок сидит на полу диспетчерской АЭС и играет в покемонов на «Гейм-Бое».

— Слава Богу, что пацана не занесло к реакторам, — сказал Квинн. — Если бы нам пришлось искать его там, я бы сказал твёрдое «нет».

Эдилио согласно кивнул.

Пит был веснушчатым четырёхлетним малышом с такими же светлыми, как у сестры, волосами. Миловидностью он походил на девочку. Он не выглядел ни заторможенным, ни глупым. Напротив, не знай вы его диагноза, решили бы, что перед вами нормальный, возможно даже очень умный малыш.

Однако когда Астрид его обняла, Пит никак на это не отреагировал. Только через минуту он поднял руку и отрешённо дотронулся до её волос.

— У тебя хоть было что поесть? — спросила Астрид, потом поправилась: — Ты голоден?

Разговаривая с Пити, она брала его личико в ладони, закрывала брату боковой обзор и отчасти уши, близко наклонялась и произносила слова ровным голосом, тщательно их проговаривая.

— Ты голоден? — повторила она медленно и твёрдо.

Пит моргнул, потом кивнул.

— Окей, — ответила Астрид.

Эдилио, сосредоточенно хмурясь и морща лоб, осматривал электронику диспетчерской, занимавшую целую стену.

— По-моему, всё выглядит нормально, — наконец объявил он.

— Извини, я запамятовал, ты у нас инженер-ядерщик или водитель гольф-кара? — скривился Квинн.

— Я просто смотрю на показания приборов, чувак. Зелёный — значит «всё в порядке», не согласен? — Эдилио подошёл к низкому изогнутому столу, на котором стояли три монитора, а перед ними — три потёртых вращающихся кресла. — А так я даже прочитать это не могу, — признался он, склоняясь к экрану, — сплошные цифры и символы.

— Схожу в комнату отдыха, поищу что-нибудь поесть для Пити, — сказала Астрид.

Однако стоило ей направиться к двери, как Пит захныкал. Звук был жалобным, словно скулил щенок. Астрид умоляюще посмотрела на Сэма:

— Обычно он даже не замечает меня. Терпеть не могу его покидать, когда он пытается общаться.

— Я схожу за едой, — кивнул Сэм. — Что он любит?

— От шоколадки, по крайней мере, никогда не откажется. Он… — Астрид хотела что-то добавить, но передумала.

— Ладно, чего-нибудь найду.

Эдилио подошёл к настенному плазменному экрану, казавшемуся здесь самым современным оборудованием. Квинн, плюхнувшись в кресло, тоже уставился на экран, вертясь туда-сюда:

— Слушай, Эдилио, поищи другой канал, этот какой-то нудный.

— Это карта, — пояснил тот. — Вот Пердидо-Бич. И ещё небольшие городки за холмами. Они тянутся до самого Сан-Луиса.

Карта светилась голубым, белым и розовым. В центре её краснело пятно, похожее на яблочко мишени.

— Розовый цвет обозначает область, куда в случае аварии выпадут радиоактивные осадки, — пояснила Астрид. — Красный — близлежащая зона, где радиационное загрязнение будет наиболее сильным. Всё рассчитывается исходя из розы ветров, рельефа местности, течений и такого прочего. Карта постоянно обновляется.

— То есть, красный и розовый означают опасность? — уточнил Эдилио.

— Да. Это шлейф, где радиоактивные осадки будут выше уровня нормы.

— Большая зона получается, — сказал Эдилио.

— Вообще-то, это странно, — Астрид подняла Пита на ноги и подошла к карте. — Никогда не видела, чтобы она так выглядела. Обычно шлейф уходит в глубь суши, поскольку ветры в основном дуют с моря, как вы знаете. Иногда он вытягивается до самой Санта-Барбары. Ну, или в сторону национального парка. Зависит от погоды.

Розовая зона на карте представляла собой идеальный круг, в центре которого находился красный кружок.

— Видимо, компьютеры не получают спутниковых данных о погоде, — предположила Астрид. — Поэтому они вернулись к настройкам по умолчанию: красная зона — десятимильный радиус, розовая — стомильный.

Сэм уставился на карту. Хоть и не сразу, но он нашёл на ней Пердидо-Бич, знакомые пляжи и другие места.

— Весь наш город в красной зоне, — заметил он, и Астрид кивнула. — Её граница доходит до южной окраины.

— Да.

Сэм покосился на неё, пытаясь понять, видит ли она то же, что и он.

— Она проходит прямо по «Вершинам».

— Да, — медленно повторила Астрид. — Именно так.

— Думаешь…

— Ага. Думаю, это чертовски странное совпадение: барьер идёт как раз по границе красной зоны. По крайней мере, насколько нам известно его местоположение. Однако мы не знаем, включает ли он красную зону целиком.

— Получается, произошла утечка радиации?

— Сомневаюсь, — Астрид покачала головой. — В таком случае здесь бы повсюду включились сирены. Но вот что странно… По-моему, причина и следствие поменялись местами. УРОДЗ отрезал компьютеры от данных о погоде, и те вернулись к режиму «по умолчанию». Сначала возник УРОДЗ, потом произошли изменения в карте, верно? Тогда почему барьер УРОДЗ точно повторяет границы карты, которую сам же и смоделировал?

— Я, наверное, слишком устал, — Сэм покачал головой и грустно улыбнулся. — Совершенно не врубаюсь, о чём ты толкуешь. Пойду лучше поищу еду.

Выйдя из диспетчерской, он направился по коридору в направлении, указанном Астрид. Оглянувшись, он увидел, что она продолжает сосредоточенно и хмуро смотреть на карту.

Астрид заметила взгляд Сэма, их глаза встретились. Она вздрогнула, точно он поймал её на чём-то предосудительном, и обняла Пита, будто стремилась его защитить. Тот же вновь с головой ушёл в игру. Астрид посмотрела вниз, глубоко вздохнула и решительно отвернулась.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я