24. Когда-то
— Как это не сообщим о новой вселенной?
Ореол Электры из ярко-красного стал почти розовым. Такое всегда происходило с ней, когда она сильно волновалась.
— Не шуми, — сказал ей Бордеро.
— Нас же отстранят, если узнают!
— Это самое лёгкое из наказаний, поэтому — не шуми.
Она почувствовала сильнейшее нервное напряжение и впилась в пространство вокруг взглядом. Тут и там проплывали, а то и пролетали рабочие туманности, занятые своими специальными делами, и пока что не заметили особой остроты в общении двух сортировщиков.
— Хорошо, — сказала она значительно тише. — Но объясни, зачем?!
— Тебе никогда не было интересно, что происходит с норами, дырами и вселенными, которые мы отдаём?
Электра задумалась, а её ореол постепенно возвращался к своему обычному цвету.
— Ну, наверное, их проращивают?
— А вот и нет! Их просто уничтожают, несмотря на весь потенциал!
— Быть не может!
— То-то и оно. Понимаешь, если у нас с тобой будет своя вселенная со входом через кротовую нору, то мы там сможем стать полноценными богами!
— Это заманчиво, — сказала Электра и покраснела ещё больше. — Если вдвоём.
— Да, конечно же, вместе, — ответил Бордеро и на некоторое время замолчал, а затем добавил, пытаясь скрыть неловкость: — Я для тебя… для нас всё это задумал.
Дилетантам может показаться, что спрятать вселенную тяжело. Да, уже распустившуюся, конечно, тяжело и почти невозможно. А вот зародыш — вполне. По размерам он не превосходит небольшую планету, а потому легко укрылся в энергетических складках одеяния Электры. У Бордеро уже был свой запретный предмет — чёрная дыра. Её он умыкнул раньше и припрятал в сине-голубых протуберанцах внешней сущности. Теперь оставалось дождаться, пока им попадётся кротовья нора или, по терминологии надкосмических обитателей, белая дыра.
Весь этот период Электра делала вид, что ничего особенного не происходит, и жила своей обычной жизнью, общаясь со знакомыми и коллегами по работе. Один раз ей даже посчастливилось пообщаться с великим Ци, которого все звали просто Главным. Таковым он, по сути, и являлся, ибо никто не ведал иной сущности, приказы которой выполнял бы великий Ци. Именно эта беседа и изменила всё её дальнейшее существование раз и навсегда.
— Вижу, у тебя есть вопросы, дочь моя, — сказал Главный, завидев Электру.
— Да, есть. Скажи, что происходит с чёрными и белыми дырами, а также вселенными, которые мы отсеиваем и передаём в спецотдел?
— Мы уничтожаем их.
— Но зачем?! В них же заложен огромный потенциал!
— Именно поэтому, Электра!
— Но я не понимаю! Мы бы могли вырастить нечто прекрасное, а получается, что мы уничтожаем потенциал Жизни на корню.
— Безопасные ростки живут и дают прекрасные дары Жизни. А то, что назвала ты — весьма агрессивные и небезопасные образования.
— Чем же? Как по мне, они совершенно безобидные!
— Вот, смотри, если кротовую нору поместить внутрь чёрной дыры, что возможно, пока они в зародыше, то впоследствии придёт конец вообще всем вселенным. Не останется практически ничего, кроме самой этой дыры и той самой вселенной, в которой она расположится.
— Но никто же не станет этого делать, находясь в здравом уме! — вспыхнула ярко-розовым Электра.
— Да, — согласился Главный. — Если только он не задумает остаться единственным.
— А что тогда?
— Безграничная власть надо всем, во все времена. Постепенно возникнут новые вселенные и новые сущности вроде нас, но он будет богом для них всех. Желание абсолютной власти может сокрушить разум.
Электру словно молнией прошило. Она сопоставила между собой некоторые высказывания своего друга Бордеро и ужаснулась.
— А почему ты спрашиваешь, дочь моя? — поинтересовался Ци.
— Просто стало интересно, я же работаю со всем этим.
— Понятно, Электра. Но ты не пугайся, мы внимательно следим, чтобы этого не произошло.
Она и не пугалась, так как уже была испугана до кромешиков из обиталища Великой Тьмы. Ей срочно нужно было опровержение своих страшных догадок.
Конец ознакомительного фрагмента.
